Медаль «За персидскую войну». Копия на орденской колодке.

  • Медаль «За персидскую войну». Копия на орденской колодке.
  • Медаль «За персидскую войну». Копия на орденской колодке.
  • Медаль «За персидскую войну». Копия на орденской колодке.
  • Медаль «За персидскую войну». Копия на орденской колодке.
  • Медаль «За персидскую войну». Копия на орденской колодке.
  • 1 100 руб.

Медаль «За персидскую войну». Копия на орденской колодке. Медаль «За персидскую войну» - это государственная награда Российской империи. Учреждение медали было связано с окончанием русско-персидской войны, происходившей 1826—1828 годах.

19 ноября 1825 года император Александр I скончался. Поскольку у него не было наследников, то царский трон по закону должен был перейти к среднему брату Константину. Народ России принял это как должное, и войска присягнули новому императору, который находился в это время в Польше. Но вдруг неожиданно обнаружился пакет с тайным документом,[700] в котором Константин задолго до смерти старшего брата официально отрёкся от престола в пользу младшего брата Николая Павловича. С новой присягой войск, намеченной на 14 декабря, в Петербурге создалась серьёзная обстановка. Неожиданный переход власти к третьему брату и выступление декабристов воспринялись на Востоке как государственный переворот, который должен был ослабить Россию и надолго отвлечь её внимание от Кавказа.[701] Недаром затягивал персидский шах вопрос размежевания пограничных земель в районе озера Гокча (ныне Севан) после Гюлистанского мира, заключённого ещё в 1813 году. Более 12 лет Фет-Али-шах мечтал о возврате богатых земель, лежащих к северу от его границ, не зря же он заключил союз с Англией и готовился столько лет к этой войне. А теперь вот настал самый подходящий момент.

Чтобы предупредить назревавшие события и как-то отклонить шаха от войны, император Николай I послал в Персию дипломатическую миссию во главе с А. С. Меншиковым — правнуком сподвижника Петра I. Но сама миссия являла собой в глазах шаха слабость России. Переговоры были безуспешными. Война началась раньше, чем Меншиков вернулся обратно. Персидская армия, вымуштрованная английскими инструкторами, ассигнованная сотнями тысяч английских фунтов стерлингов, снаряжённая на европейский лад, 19 июля 1826 года вторглась в пределы русских границ со стороны Эриванского ханства, в районе Карабаха. Аббас-Мирза — наследник шаха — давно накапливал военные силы у русских границ и теперь, командуя армией в 60 тысяч,[702] сопровождаемый огромным числом иррегулярной конницы, намеревался быстрым маршем вклиниться в Закавказье, захватить Тифлис и вытеснить русских из Грузии и Армении.

Нападение произошло неожиданно — в то время, когда А. С. Меншиков ещё вёл переговоры. Его послания в Россию о предполагавшейся неудаче перехватывались агентами шаха. В момент нападения в пограничной полосе находилось всего около трёх тысяч русских солдат, да и те были рассредоточены по аванпостам на большой дистанции друг от друга. Ещё задолго до начала войны наместник Кавказа генерал А. П. Ермолов неоднократно писал в Петербург о возможной войне, требовал дополнительных военных сил для укрепления кавказской армии. Но видя в нём сторонника декабристов, император Николай I откровенно заявил: «Я ему менее всего верю».[703] Он готов был убрать Ермолова с Кавказа, но пока не решался сделать это из-за высокого авторитета и популярности героя 1812 года.

Ермолов мог выставить против огромной армии шаха всего лишь 10-тысячный Отдельный Кавказский корпус. Тем временем главные силы Аббаса-Мирзы ринулись в долину Куры, к Елизаветполю (бывшей Гандже). Но на своём пути к Тифлису Аббас-Мирза столкнулся с несгибаемым сопротивлением мужественного гарнизона крепости Шуша. Расположенная на высокой скале, она была неприступной и испокон веков являлась оплотом Карабаха. Но главной её бедой была недостача воды. Осаждённый гарнизон и население крепости в условиях летней жары оказались в критической ситуации. Однако 1300 русских солдат под командованием полковника Раута были непоколебимы. После получения ультиматума о сдаче крепости Раут писал в приказе «…Остаюсь совершенно уверенным, что всякий из моих сотоварищей по долгу присяги и чести… любви к отечеству неизменно будет исполнять свою обязанность, не щадя себя до последней капли крови, имея в виду непременным правилом победить или умереть…».[704] Рядом с русскими солдатами плечом к плечу «действовали с отличной храбростью» полторы тысячи армянских добровольцев. Один из них — Алтунян, сумел прорваться через окружение Аббаса-Мирзы и доставил в Тифлис донесение от полковника, за что получил от Ермолова в награду знак отличия ордена св. Георгия.[705] Целых 48 дней гарнизон крепости держал возле себя главную армию шаха. Потеряв терпение, предводитель персов оставил крепость и двинулся на Елизаветполь (бывшая Ганджа, ныне Гянджа). Но время было упущено. Ермолов собрал большое количество боевых дружин из добровольцев местного населения. Им же была выделена небольшая группа войск под командованием генерала Мадатова (армянина по происхождению) и направлена в район Шамхара, где действовал со своими войсками Мамед — сын Аббаса-Мирзы. 3 сентября стремительным ударом двухтысячный отряд Мадатова разбил эту группировку противника и обратил остатки её в бегство. А. П. Ермолов писал по этому поводу в своих дневниках: «…Сын Аббас-Мирзы на первых военных подвигах своих уподобился уже родителю, ибо начал их бегством. Сим же отличался родитель его в прежние годы…».[706]

К этому времени на Кавказ прибыл с подкреплением генерал И. Ф. Паскевич, имея при себе царский указ о смещении А. П. Ермолова с поста главнокомандующего.[707] Но прибывший новый генерал не торопился заявить о своих правах. Он был предупреждён самим императором о деликатности этого акта и хранил документ до более подходящего момента. А пока что оба генерала выступили с объединёнными силами навстречу полчищам Аббаса-Мирзы, который шёл от непокорённой Шуши на бывшую Ганджу. Здесь, в четырёх верстах от Елизаветполя, у могилы знаменитого поэта Низами 13 сентября произошло решающее сражение, в котором «могучая, громоносная» армия персов была наголову разбита и отброшена за реку Аракс. Таким образом, район Карабаха был очищен от грабителей и русские войска начали освобождать земли, граничащие с Эриванским ханством.

Участником этих сражений был и знаменитый герой 1812 года Денис Васильевич Давыдов. Он прибыл на Кавказ в середине сентября и возглавил группу войск, которая с большим успехом действовала за Араксом против Гасан-хана.[708]

К этому времени Ермоловым были освобождены города Куба, Баку и все земли до бывшей русской границы. В конце летней кампании он сделал в своём кавказском дневнике последнюю запись: «…если большая часть баев виновна в самой гнусной измене, то простой народ был обрадован изгнанием ханов».[709]

Кампания 1827 года началась (уже без А. П. Ермолова) с самых первых чисел апреля, когда персы и не предполагали о вторжении русских на их территорию. Несмотря на великие трудности перехода через горы, в середине месяца уже был взят Эчмиадзинский монастырь, но осада Эривани 24 апреля была снята из-за неблагоприятных погодных условий: в Араратской долине жара доходила до 40 градусов. Это было сделано по совету Михаила Пущина. Бывший гвардии капитан теперь служил у Паскевича разжалованным — за связь с декабристами — рядовым. Главнокомандующий считался с ним, и в сентябре, когда вновь вернулись к Эривани, назначил М. И. Пущина главным руководителем подготовки штурма, отстранив при этом нерадивого полковника Литова от должности инженера войск со словами: «…Я мог бы тебя сделать солдатом, но не хочу, а его (он указал на Пущина) я хотел бы произвести в полковники, но не могу».[710]

В ходе сильной бомбардировки русской артиллерии 10 октября была разбита восточная угловая башня и часть стены. К этому времени подошли на помощь русским большие силы армянских добровольцев и крепость Эривань была взята в течение нескольких часов. Причём помогло этому население крепости, которое открыло северные ворота.[711]

Пока сам И. Ф. Паскевич занимался Эриванью, генерал Н. Н. Муравьёв со своим отрядом уже подошёл к Тавризу. Не дожидаясь распоряжения главнокомандующего, он с помощью населения, без единого выстрела и жертв, занял крепость; зажёг мощные фейерверки на высокой цитадели, чтобы видели Аббас-Мирза со своими войсками и скакавшие от Паскевича гонцы триумф его победы.[712] Это был сильный удар по самолюбию главнокомандующего, у которого из-под носа увели победные лавры.

Со взятием Тавриза можно было считать, что война выиграна. Вскоре и сама столица Персии — Тегеран, оказалась в «железном кольце русских войск».

10 февраля 1828 года в маленькой деревушке Туркманчай, находящейся между Тавризом и Тегераном, был подписан, составленный А. С. Грибоедовым, мирный трактат.[713] Теперь не только Грузия и нынешний Северный Азербайджан были очищены от персов, но и Эриванское и Нахичеванское ханства перешли в подданство России. На этот раз Фет-Али-шах навсегда отказался от своих притязаний на российские земли, и русские суда теперь могли «…плавать свободно по Каспийскому морю и вдоль берегов оного, как равно и приставать к ним», никакая другая страна «…кроме России, — говорилось в грибоедовском трактате, — …не может иметь на Каспийском море судов военных».[714]

За успешное ведение войны царский любимец генерал Паскевич был щедро награждён и получил титул «графа Эриванского».[715] За битву при Елизаветполе многие рядовые ополченцы из местного населения и командиры их «…были награждены боевыми российскими орденами и медалями, причём большая часть награждённых принадлежала к крестьянам».[716]

Для всех участников войны, как рядовых, так и офицеров, была 15 марта 1828 года учреждена специальная наградная серебряная медаль, впервые отчеканенная диаметром 26 мм, с трёхстрочной надписью на оборотной стороне: «ЗА — ПЕРСИДСКУЮ — ВОЙНУ», с узорной подчёркивающей линией под ней. На аверсе, по обе стороны поля медали, изображены полувенком две лавровые ветви, перевязанные внизу лентой, между которыми указаны в две строки годы войны — «1826, 1827, 1828»; над ними, в самом верху — лучезарное «всевидящее око».

Эта медаль предназначалась только участникам военных действий, выдавалась она на двойной комбинированной Георгиевско-Владимирской ленте.

Существовала медаль такого же размера, но несколько иного рисунка, с поперечным ушком и продетым в него колечком для подвески на ленту. Она предназначалась для награждения кавалеристов.

Подобная медаль была отчеканена и диаметром 22 мм, она является третьей из этой серии наград после вышеописанных — «В память 1812 года» и «За взятие Парижа 1814 г.». Идентичная медаль, принадлежавшая когда-то Денису Давыдову, хранится в Ленинградском военно-историческом музее.

Встречаются также медали «За Персидскую войну» из светлой посеребрённой бронзы, по-видимому, изготовленные частным образом, взамен утраченных. Существовали и миниатюрные — фрачные медали из серебра и светлой бронзы, диаметром 12 мм.

Целая коллекция памятных медалей, отражающих события персидской войны, была выполнена непревзойдённым мастером Ф. П. Толстым. Такие из них, как «Битва под Елизаветполем 1826 г.», «Занятие Тавриза 1827 г.», на заключение мира с Персией в 1828 году и другие являются священными реликвиями истории России


История появления орденов и медалей

Первоначальный смысл слова "орден" - сословие, община, то есть круг людей, объединенных положением в обществе, образом жизни, убеждениями.

Самый первый орден - военно-монашеское братство святого Иоанна Иерусалимского - был учрежден в Палестине в 1098 году. Знаком его был избран вырезанный из полотна и нашитый на одежду белый крест.

Впоследствии стали возникать разнообразные рыцарские ордена, или братства. Каждый из них имел свой статус, свои права, но обязательным условием для вступления в рыцарский орден было дворянское происхождение. Знаком отличия рыцарских орденов по-прежнему оставался крест.

Это отличие постепенно видоизменялось, пока не приобрело смысл награды в виде знака установленной формы.

Родиной наградной медали можно считать Россию. Медаль как знак отличия известна около тысячи лет, а в европейских странах награждать знаками в виде нагрудных медалей стали лишь в XIX веке.

Издавна на Руси за военные заслуги награждали гривнами и золотыми, которые вешали на шею как знак славы.

Известно, что великий князь Владимир жаловал золотые гривны за победу над половцами. "В лето 6508 прииде Володарь со половцы в Киеву и изыде нощию со сретение им Александр Попович и Володарь и брата его и иных множество половец изби... и се услыша Володимир и возрадовался зело и возложи нань Гривну Злату" (Русская летопись по Никоновскому списку, часть I).

После удельных князей подобные награды раздавали и русские цари. Иван Грозный, например, одаривал отличившихся в Ливонском походе золотыми и московками. "И государь за эту службу пожаловал дворянам государевым по золотой Новгородке, а иным по Московке золотой, а иным по золоченой" (Разрядная книга).

Уже в те времена появились разграничения в наградах. Золотой португал с цепью мог получить только великий князь. Воевода мог носить на цепи золотой. Сотенный голова награждался золотыми новгородками и московками, а золоченые новгородки и московки предназначались для низших чинов - стрельцов, пушкарей, запальщиков, боярских и охочих людей, засечных сторожей, воротников, казаков...

Правительница Софья пожаловала медалями всех без исключения участников Крымских походов 1687—1689 годов, даже погибших в этих безуспешных кампаниях воинов - награды за убитых получали их семьи.

Мастера Оружейной палаты и московского Денежного двора изготовили по этому случаю тысячи монет самых разных размеров, от награды в четверть червонца для простых стрельцов до огромного медальона на золотой цепи для Голицына.

Высокого уровня медальерное искусство в России достигло с воцарением Петра I. При нем появилось много прекрасных наградных медалей. Над штемпелями, между которыми зажимались кружки металла, работали талантливые граверы. Петр I, бывая за границей, внимательно изучал монетное дело. В Лондоне, например, с устройством машин для чеканки Петра знакомил Исаак Ньютон. Петр пригласил западных медальеров к себе на службу для обучения этому ремеслу русских мастеров.

Обычно на лицевой стороне петровских медалей был «патрет» царя, а на оборотной - сцена сражения, в честь которого и за которое награждался воин. Полагалась и разъяснительная надпись.

По размеру и весу медали бывали рублевыми. Петровские медали, такие, как "За победу под Калишем" (1707 г.), "За победу при Лесной" (1708 г.), "За победу под Полтавой" (1709 г.) были без ушка. Награжденным самим приходилось пробивать в них дырки, чтобы повесить медаль на шею или в петлицу. Позже, для того чтобы солдаты не разменивали награды, как рубли, их стали изготавливать с ушком. В Государственном Эрмитаже имеются солдатские и урядничьи медали за сражение при Полтаве с припаянными к ним ушками.

Для изменника Мазепы Петр I приготовил "орден Иуды" - огромную серебряную медаль в полпуда весом. На ней был изображен давящийся в петле Иуда. Но захватить в плен Мазепу не удалось. Медаль эта затерялась. Известно только, что при Анне Иоанновне ее носил придворный шут.

Русские медали первой половины XVIII века изготавливались с величайшим искусством, обрамлялись золотом, украшались финифтью, алмазами, драгоценными камнями.

После смерти Петра I в России воинов не награждали медалями три с половиной десятилетия, хотя в эти годы происходили войны с Турцией и со Швецией, войны победоносные - были взяты Перекоп и Очаков, присоединен Крым, капитулировала шведская армия, потеряв свои корабли. Правда, был отчеканен рубль "На мир со Швецией" (в 1743 г.), но массового награждения им не производилось.

В 1759 году появилась, наконец, медаль "За победу под Кунерсдорфом". Она была учреждена в память победы над пруссаками для раздачи "бывшим в той баталии солдатам". Медаль имела форму рубля. Ее вручили 30 тысячам солдат.

При Екатерине II наиболее известными медалями стали Чесменская и Кагульская. Они чеканились с ушком для ношения. На лицевой стороне изображался лик императрицы.

В 1769 году учредили орден Георгия, и вскоре появилась первая русская медаль на георгиевской ленте - "Победителю". Она была ромбовидная и давалась за турецкую войну 1774 года. В турецкую же войну 1787—1791 годов была выпущена медаль для нижних чинов - "Кинбурн 1 октября 1787", затем "За храбрость на водах очаковских июня 1788" и Очаковский крест с надписью "За службу и храбрость". Медаль "За храбрость на водах финских августа 13 1789 года" также носилась на георгиевской ленте. Такая же лента была присвоена медали "За храбрость", которой награждали егерей Семеновского полка, высадившихся десантом на шведский остров.

Вскоре появилась первая медаль на владимирской ленте (напомним, что орден Владимира был учрежден 22 сентября 1782 г.). По поводу заключения мира со Швецией в 1790 году был издан указ: "На все войска, кои противу неприятеля в деле были, раздать на каждого человека по медали на красной ленте с черными полосами".

Зимой 1790 года русскими войсками была взята неприступная крепость Измаил. За этот подвиг офицеры получили золотые кресты, а солдаты - медали на георгиевской ленте с надписью: "За отменную храбрость при взятии Измаила Декабря 11 дня 1790".

Но самой необычной в XVIII веке стала медаль за поражение. 24 марта 1790 года генерал Бибиков, атакуя Анапу, был разбит наголову, за что его отдали под суд. Но русские солдаты в этой битве проявили небывалый героизм. Потемкин испросил у царицы позволения наградить за мужество только солдат. И они получили медаль "За верность".

Последними русскими медалями XVIII века стали: солдатская "За труды и верность" и офицерская "За труды и храбрость при взятии Праги Октября 24 1794".

При Павле I наградных медалей не было. Установив орден Иоанна Иерусалимского, он вместо медалей ввел для солдат донат этого ордена -медный мальтийский крестик с раздвоенными острыми концами. Размер его был 2,5 см, концы покрыты белой эмалью, кроме верхнего, который оставался медным. На обратной стороне доната проставляли порядковый номер. Носили его в петлице на черной ленте, а выдавали за двадцать лет беспорочной службы. Известны всего три доната: в Эрмитаже находится № 483, в Артиллерийском музее - № 913 и в Государственном Историческом музее - № 503.

В первом десятилетии XIX века на петербургском Монетном дворе было отчеканено 26 медалей, в том числе несколько наградных крестов.

Одной из интереснейших была медаль "Для старшин Северо-Американских диких племен, Курильских островов и Сахалина". Она учреждена в 1806 году. С 1799 года Алеутские острова, Аляска и северо-западное побережье Америки принадлежали России. Российско-Американская компания осваивала эти далекие суровые земли. Медалью награждались представители царской власти в Америке и служащие компании. Вожди "диких" племен тоже удостаивались этой чести.

Отечественная война 1812 года принесла русскому солдату не так уж много наград - всего три медали. Прежде всего, широко известную медаль "В память Отечественной войны 1812 года", затем - "За любовь к отечеству. Земскому войску" и, наконец, медаль "За взятие Парижа 19 марта 1814 г.". Был еще, правда, наперсный крест для священников, участвовавших в войне.

Серебряной медалью "В память Отечественной войны 1812 года" награждены все солдаты, офицеры и ополченцы, сражавшиеся против французов в 1812 году, - все без исключения, от солдата до фельдмаршала.

Носили медаль на голубой Андреевской ленте. В приказе по армии об учреждении этой медали М. И. Кутузов писал: "Воины! Вы по справедливости можете гордиться сим знаком. Враги, видя его на груди вашей, да вострепещут, ведая, что под ним пылает храбрость не на страхе или корыстолюбии основанная, но на любви к Отечеству и, следовательно, ничем непобедимая".

Манифестом от 30 августа 1814 года учреждена такая же бронзовая медаль для награждения дворянства и купечества. Разница между ними была лишь в ленте: дворяне носили медаль на владимирской, а купцы — на Анненской ленте. В 1816 году разрешено было носить эту медаль старейшим женщинам дворянского рода. Женская бронзовая медаль имела меньшие размеры и Анненскую ленту. Боевая серебряная медаль, как и бронзовая дворянская, в диаметре равны 28 мм, а женская бронзовая имела всего 22 мм. Такие же маленькие, но серебряные медали носили и кавалеристы.

Медаль "В память Отечественной войны 1812 года" на лицевой стороне имеет лучезарное "всевидящее око" и внизу надпись: "1812 год". На обратной стороне надпись: "Не нам, не нам, а Имени Твоему".

Медаль "За любовь к отечеству" была серебряной, диаметром 29 мм и носилась на владимирской и Андреевской лентах. Учреждена медаль в 1807 году, предназначалась строевым чинам ополчения, то есть земского войска, о чем говорит надпись на медали: "За любовь к отечеству. Земскому войску".

Большой интерес вызывает медаль "За взятие Парижа 19 марта 1814 года". Она была из серебра и носилась на андреевско-георгиевской ленте. Это первая русская медаль, носимая на ленте, не принадлежащей какому-то ордену, а комбинированной из двух орденских лент.

Медаль учреждена 30 августа 1814 года и награждены ею были участники кампании 1814 года - как офицеры, так и солдаты. Но награждение началось только 19 марта 1826 года, уже при Николае, и продолжалось до 1 мая 1832 года. Александр I не выдавал медаль из дипломатических соображений. В связи с этим возникла одна любопытная история. На портретах героев Отечественной войны в Эрмитаже среди наград вы увидите и медаль "За взятие Парижа". Но после войны герои не имели этой медали. Как же она появилась на мундирах портретной галереи? Очень просто. Портреты писались не сразу после войны, а в 1819-1829 годах, и на тех портретах, что писались после 19 марта 1826 года, медаль "За взятие Парижа" присутствует, а на более ранних ее нет.

Выглядит медаль так: на лицевой стороне в лучах "всевидящего ока" погрудное изображение Александра I, увенчанное лаврами. На обратной стороне внутри лаврового венка надпись: "За взятие Парижа 19 марта 1814 года".

После Отечественной войны 1812 года медалями отмечалось участие солдат и офицеров во всех войнах, кампаниях, которые вело царское правительство. Скромная серебряная медаль на георгиевской ленте стала наградой участников героической обороны Севастополя. Надпись на медали гласила: "За защиту Севастополя с 13 сентября 1854 по 28 августа 1855". Ее получили не только военные - офицеры, солдаты и матросы, но и жители города. Женщины, "которые несли службу в госпиталях или во время обороны Севастополя оказали особые услуги", награждались серебряной медалью с надписью: "Крым-1854-1855-1856". Одну такую медаль для знаменитой сестры милосердия Даши Севастопольской отчеканили из золота.

3 августа 1878 года была учреждена медаль "За храбрость", первоначально предназначавшаяся для награждения отличившихся чинов армии и флота пограничной службы. Медаль, как и знак отличия Военного ордена, подразделялась на четыре степени: золотая с бантом, золотая без банта, серебряная с бантом и серебряная без банта. Медали нумеровались и носились на георгиевской ленте ниже знака отличия Военного ордена, но выше всех остальных медалей. Лицевая сторона медали имела профильное изображение императора, а на оборотной стороне надпись: "За храбрость" и номер. Но были медали и без номера, ими награждались чины народов Средней Азии и Кавказа "за подвиги мужества на войне", гражданские лица и даже проявившие храбрость женщины.

Статут медали был изменен в 1913 году - она стала называться Георгиевской. В период от Февральской до Октябрьской революции на медали "За храбрость" чеканили вместо императора изображение Георгия Победоносца, поражающего змея.

Первый день русско-японской войны 1904-1905 годов был отмечен беспримерным подвигом наших моряков. Два корабля - крейсер "Варяг" и канонерская лодка "Кореец" пытались с боем прорваться из нейтральной гавани Чемульпо в открытое море. Русские моряки решительно отвергли ультиматум японского адмирала, отказались сдать корабли противнику и вступили в неравный бой с японской эскадрой, состоящей из четырнадцати кораблей. Нанеся врагу большой урон, повредив даже крейсеры "Асама" и "Такашихо", герои затопили "Варяга" и взорвали "Корейца".

Все оставшиеся в живых матросы "Варяга" и "Корейца" были награждены знаком отличия Военного ордена IV степени (офицеры - орденом Георгия IV степени) и впоследствии все - серебряной медалью "За бой Варяга и Корейца 27 января 1904 г. - Чемульпо".

Русско-японская война была проиграна. Сопротивлявшийся одиннадцать месяцев Порт-Артур пал. Об этих событиях, а также о героизме солдат и матросов, проявленном в этой позорной для царизма войне, рассказывают нам серебряная, светло-бронзовая и темно-бронзовая медали "В память русско-японской войны". Серебряной медалью награждались защитники Порт-Артура, светло-бронзовой - все непосредственные участники войны на суше и на море, а темно-бронзовой - не принимавшие участия в боях, но находившиеся на службе в армии и флоте на Дальнем Востоке. Носили медаль на александровско-георгиевской ленте. Любопытна надпись на оборотной стороне этой медали: "Да вознесет вас Господь в свое время".

История этой надписи весьма показательна для порядков царской России того времени. Когда Николаю II представили на утверждение проект этой награды, царь после слов "Да вознесет вас Господь" наложил резолюцию: "В свое время" и подписался - "Николай". Тем самым он хотел сказать, что рано еще говорить о наградах в этой войне без побед. Резолюция была принята чиновниками за продолжение надписи. Никто не осмелился обратиться к царю за разъяснениями, русский бюрократизм оставался верен себе.

Написать отзыв

Примечание: HTML разметка не поддерживается! Используйте обычный текст.
    Плохо           Хорошо

Рекомендуемые товары


Схожие по цене