РУБЛЬ 1896г. Низложение дома Романовых МАРТЪ 1917г

  • РУБЛЬ 1896г. Низложение дома Романовых МАРТЪ 1917г
  • Артикул: 26488
  • Нет в наличии



РУБЛЬ 1896г. Низложение дома Романовых МАРТЪ 1917г. КОПИЯ.


 Надчекан «Низложение Дома Романовых март 1917 г»

САМОЕ НАЧАЛО ИСТОРИИ...
Весьма скоро монархически настроенная часть нумизматов отмечала четырёхсотлетие Дома Романовых. В целом ряде крупных городов России проводились ряд праздничных торжественных мероприятий, приуро¬ченных к возведению Михаила Фёдоровича Романова на столичный престол. Как известно, после избрания его царём 21 февраля 1613 года на Земском соборе, проходившем в Успенском с-ре Московског. Кремля, М.Ф. Романов 2-го мая прибыл из Костромы в Москву, где 11го июня 1613 года и произошла официальная церемония венчания на царство. Новая династия просуществовала почти 304 года, всего без нескольких месяцев... В связи с этим предстоящим событием, в на¬стоящей работе автор предлагает читателям своё видение вопроса, с одной сторо¬ны, имеющего отношение к перипетиям известнейшей европейской правившей фамилии, а, с другой стороны, непосредственно касающегося монет.
С увековечиванием семейного клана российских императоров тесно связано два вида нумизматических памятников. Первый из них — хорошо известные каждому профессиональному нумизмату-русисту и, разумеется, коллекционерам отечественных дореволюционных монет, выпущенные гигантским тиражом (не менее чем 1472019 экземпляров) рубли 1913 года «В память 300летия дома Романовых»1. Второй — вот уже более восьми десятков лет вызывающие интерес у автохтонных и зарубежных учёных и собирателей серебрянные крупные монеты Николая II с надчеканкой Низложеше Дома Романовыхъ. Марть 1917 г. (необходимо отметить, что это не чеканка монет,  а надчекан монет ) . Если по¬явление первых весьма обстоятельно изучено, то относительно вторых в нумиз¬матической среде ходят, преимущественно, легенды.
Для того чтобы выяснить происхождение надчеканенных монет, было предпринято источниковедческое исследование, охватывающее не только специализированную печатную продукцию, но прессу пер-х 10летий Советской власти, документы из архивов Государственного Эрмитажа и Ленинградского монетного двора, а также сетевые ресурсы. В результате сложилась определённая картина, конечно, не претендующая на абсолютную полноту, но, тем не менее, вполне логически завершённая.
Самое раннее из обнаруженных упоминаний и изображений монет Николая II с надчеканкой «Низложеше Дома Романовыхъ • Марть 1917 г.» было найдено на страницах немецкого аукционного каталога за февраль 1931 года. Речь шла о серебряном рубле 1898 г. с нанесённым на портрет императора восьмиугольным клеймом.  К слову сказать такие копии монет в настоящее время выставлены на нашем сайте в разделе "Магазин". Уже долгое время в среде нумизматов бытует ошибочное мнение, что упомянутый каталог отражает продажу монет исключительно из дублетов Эрмитажа и, следовательно, рассматриваемый рубль должен был вхо¬дить в собрание музея. Однако это не так. Во-первых, упоминания о подобном рубле в книгах поступлений Отдела нумизматики первых 15ти постреволюционных лет пока не обнаружены. Во-вторых, если бы такая монета была в коллекции Эрмитажа, то, в силу своей идеологической прокламативности, она бы неизбежно попала на экспозицию открывшейся в 1925 г. большой постоянной выставки Отдела, о чём также не известно. В третьих, на настоящий момент нет данных о выдаче из Эрмитажа в конце 1920х г. серебряного николаевского рубля с подобным надчеканом.
Полагаем, что следует вкратце обрисовать сложившуюся в те годы ситуацию. Вероятно, в начале февраля 1919 г. на музейной конференции были приняты постановления о Музейном фонде (куда поступали национализированные частные коллекции). Союзе музеев и о едином органе, объединяющем деятельность музеев. С 1924 г. музеям СССР было разрешено продавать через аукционы предметы искусства музейного значения», оставляя на свои нужды 60% выручки. Эрмитаж стал проводить такие торги в собственном аукционном зале на Командантском подъезде Зимнего дворца с 1926 г. Рядом с залом находились кладовые Госфонда, правда, вскоре расформированные: хранящиеся в них ценности передали в музеи и разные организации, в том числе — в «Антиквариат» (объединение по экспорту и импорту антикварно-художественных вещей при Наркомате внешней торговли).
На эрмитажных торгах нередко бывали иностранцы. Кроме того, с 1923 г. в Петрограде стала работать немецкая фирма «Рудольф Лепке», закупавшая предметы искусства у частных лиц и в местных антикварных магазинах. Отметим, что до 23 марта 1920 г. в России была разрешена свободная продажа антиквариата через магазины

 

.


Помимо имевшихся собственных нумизматических ценностей, скопившихся как с дореволюционных времён, так и поступавших в Отдел нумизматики в 1920-е годы из других отделов музея, в Эрмитаж передавались монеты из фондов ГАИМК, Академии наук и реквизированных частных собраний. В 1930-1931 гт. практиковалась отправка из московских хранилищ целых партий «монет и. меда¬лей для отбора всего нужного музею и выделению дублетов для Антиквариата». Иногда для просмотра материала сотрудники Отдела приглашались в Центральное хранилище Наркомфина.
Несмотря на утверждение, что «с 1928 г. ненужные Эрмитажу дублеты монет и медалей получала возникшая тогда Советская филателистическая ассоциация (СФА) при Деткомиссии ВЦИК», а с 1930-1931 гг. — и торгующий с заграницей «Антиквариат», а также существование ценника СФА11, в котором превалировали выставленные на продажу серебряные монеты, пока не опубликовано ни одного документа об изъятии из фондов Эрмитажа на рубеже 1930ых годов каких-либо серебряных монет. Самое раннее изданное свидетельство о гибели памятников нумизматики относится к 26 му октября 1929г.: тогда из музея отобрали 1256 золотых и 23 платиновых медалей, общим весом более 21 кг. Пожалуй, лишь после начала 1932 г. «Антиквариат» стал изымать из Эрмитажа серебряные монеты (известен документ о попытке спасти музейными работниками редкую серебряную декадрахму, выдав вместо неё копии монет. Менее чем через год Народным комиссаром по просвещению АС. Бубновым предполагались уже массовые выдачи (1652 экз.) золотых и серебряных древнегреческих и восточных монет крупных номиналов, изредка «зацеплявшие» мелкое серебро и медь14. За ними последовали золотые итальянские дукаты, византийские солиды, боспорские статеры, римские ауреусы и т.п. — ещё 550 монет и 18 жетонов, вместе с ор¬денами весящие более 9 кг золота — они отбирались на вес, для переплавки... Но даже в этой партии все 46 русских монет (от копеечки Шуйского до 25-рублёвика 1908 г.) были только из золота.

ОТКУДА ЭТОТ РУБЛЬ МОГ ВЗЯТЬСЯ?
Поэтому пока нет никаких оснований считать, что именно из дублетов Государственного Эрмитажа серебряный рубль 1898 г. с надчеканом «Низложеше Дома РомановыхъМартъ 1917г» попал на немецкий аукцион. Как же он мог там очутиться? Можно предположить несколько вариантов:
1) Есть мнение , что монета является фантазийной и относится к  копиям монет, была надчеканена частным образом кем-то в Германии и в обычном порядке предложена комитентом аукционному дому Хесса, выставившего её на ближайших по тематике «русских» торгах. Против этой верси выступает тот факт, что после достижения монетой столь высокой цены (составившей 300 рейхсмарок, что в те годы в немецкой монете равнялось 750 граммам чистого серебра, и было эквивалентно по содержанию драгоценного металла 83,33 советским рублям) больше таких предложений зафиксировано не было.
2) Монета была надчеканена в частном порядке где-нибудь в России и впоследствии вывезена за рубеж. Этот «курьёзный» экземпляр монеты рубль, мог быть просто приобретён каким-либо иностранцем в советской антикварной лавке (в Петрограде, Москве или любом другом городе), переправлен в Германию и предложен фирме Хесса. В этом случае данное событие, скорее всего, должно было произойти сов¬сем незадолго до 1930 года.
3) Монета с надчеканом поступила в качестве конфиската какого-либо частного собрания (например, попав в него незадолго до реквизиции, может даже в 1929-1930 гг.) или дублета (или экземпляра основного хранения) из коллекции провинциального или даже центрального музея (который ранее мог выменять или приобрести её у фальсификатора) в московское отделение Нумизматического фонда СФА, «Антиквариата», Гохрана и т.п., а уже там была изъята местными экспертами и направлена на реализацию. Такая ситуация достаточно веро¬ятна: в литературе имеются упоминания о том, что одна из функций экспертов Гохрана как раз и состояла в проверке ящиков с серебряной монетой (поступавших в хранилище из Государственного банка, Наркомфина. Торгсина и прочих скупавших драгметаллы учреждений) для изъятия из них ценных экземпляров. После проверки и обезличивания все посчитавшиеся неинтересными старинные монеты серебряные русские и иностранные монеты отправлялись для переплавки в слитки на Ленинградский мон. двор (ЛМД). Этой же незавидной участи подвергались и золотые монеты.      
Не противоречит этой версии информация известнейшего русского нумизмата, член-корреспондента Академ. наук СССР, хранителя ГИМ А.В. Орешникова о том, что 12 ноября 1929 г. в Москве в Главнауке состоялось «заседание, посвященное вопросу о передаче дублетов музеев в Советскую филателистическую ассоциацию (СФА); для разработки этого вопроса избрана комиссия их 3-х лиц (Трутовский, Сосновс-кий и я)»1Ш. Также А.В. Орешниковым только за короткий период с сентября 1930 г. по апрель 1932 г. зафиксированы передачи монет для продажи через СФА за гра¬ницу из многих музеев, не только провинциальных 20, но и самого ГИМ и даже попытка разорить ГМИИ. Есть упоминание от 11 ноября 1930 г. о прекращении своих дел «Антиквариатом» и передаче их некоему «Гуму».
4) Николаевский рубль с клеймом мог быть включён в состав предлагаемых продаж одним из советских организаторов, например, экспертом Гохрана, СФА или «Антиквариата». Источником поступления означенной монеты к эксперту могло быть какое-нибудь частное лицо, коллекционер или лавка, торговавшая монетами. Такой вариант стал возможен, как минимум, с апреля 1928 г., когда на последней странице печатного органа СФА — журнала «Советский филателист» стали размещать объявления о том, что Управление СФА в Москве (в своём офисе на 4-м этаже дома № 3 по 1-ой Тверской-Ямской улице) покупает «боны и денежные знаки советские и русские, монеты старинные всех стран... Монеты, медали и жетоны — по оценке Нумизматического Фонда СФА»2". Известно, что к середине 1929 г., помимо Москвы, СФА имела отделения и агентства в Ленинграде, Харькове, Минске, Тифлисе, Нижнем Новгороде и Новосибирске.
Как вариант — эксперт сам мог заказать у одного из многочисленных работавших тогда ювелиров-золотосеребреников клеймо и в домашних условиях изготовить надчекан «уникум» с целью розыгрыша зарубежных собирателей. Это его не сильно бы обременило: зарплата служащего те годы составляла прим. 250 рублей в месяц, цена царского рублёвика — 68 копеек, изготовление штемпеля — несколько рублей.
5) Надчеканенная монета находилась в составе коллекции ЛМД, незадолго до того изъятой из ведения музея Монетного двора согласно распоряжению Наркома финансов Н.П. Брюханова и переданной СФА. 10 февраля 1930 г. главный медаль ер ЛМД А.Ф. Васютинский передал сотрудникам СФА А.В. Сосновскому и А.А. Вер¬шинину 19203 монеты (из них было 5967 серебряных российских монет)27. В чис¬ле последних вполне мог быть и надчеканенный рубль последнего императора, но, на наш взгляд, это маловероятно, поскольку среди 269 монет из этой передачи, отобранных АА Ильиным для собрания Эрмитажа, было всего десять серебряных монет Николая II, и все они известны. Вряд ли заведующий Отделом нумизматики упустил бы столь интересный экземпляр, тем более, что, предположительно, в указанное время сотрудникам музеев можно было изымать из предназначенных к переплавке серебряных монет до 3% их по весу, а отобрано было не более 1,4%. Кроме того, 9 июля 1930 г. руководством ЛМД было сдано сотруднику СФА Б.К. Бильдину 380,275 кг монет и медалей29 (из них было от 7300 до 29200 банковых монет: рублей, полтинников и четвертаков). К сожалению, бо¬лее точные данные о составе этих передач пока установить не удалось. Сейчас часто среди предложений купить копии рублей предлагают достаточно привлекательную копию надчекана Низложения Дома романовых"

ИЗУЧЕНИЕ ПЕРВОИСТОЧНИКОВ: МОСКОВСКИЙ СЛЕД...
Все вышеперечисленные версии заставляют более внимательно изучить личности людей, возможно, причастных к появлению рубля с надчеканом Низложеше Дома Романовыхъ • Марть 1917 г.» на немецких торгах 1931 г. Для этого более детально исследуем сам каталог аукциона.
Во-первых, дословный перевод текста, размещённого на титульном листе этого издания, подтверждает причастность к его выпуску двух советских нумизматов: «Наследник Адольфа Хесса / Фрапкфурт-на-Майне ♦ Майщкое шоссе {дом №] 49 / Каталог (№] 204 / Русские монеты 19-го и 20-го столетий, / Дублеты (монет из] Русских музеев. I Коллекция, составленная в Москве с помощью] господ экспертов по нумизматике — / эксперта А Толмачева-Сосновского и нумизмата А Вершинина. / Торги состоятся: I [В] среду, 18-го февраля 1931 ]года, в 9 часов утра] и на следующий день / в конторе и под руководством наследника Адольфа Хесса, / [во] Франкфурте-на-Майне, Майнцкое шоссе (дом №] 49 j (Издано:] Франкфурт-на-Майне 1931 /гоф30.
Во-вторых, из текста никоим образом не следует, что выставляемые монеты происходили из собрания именно Эрмитажа — коллекция формировалась в Москве, а слово «музеи» употреблено во множественном числе.
В-третьих, «русский след» хорошо виден из самого описания монеты: текст надчеканки приводится в современной орфографии (Рис. 3; немецкий редактор пунктуально бы передал дореволюционную транскрипцию), равно как и обращается внимание на понятный только отечественному нумизмату дефект штемпеля памятного рубля 1898 г. (лот № 2029);
В-четвёртых, наличие в каталоге лотов с советскими полированными монетами, золотыми червонцами 1923 г. (копии червонцев мы рады Вам  продемонстрировать на нашем сайте), пробными английскими пятаками и полтин¬никами 1924 г.однозначно устанавливает связь издания с ЛМД (где происходило изготовление монет на заказ большей части  из них) и СФА (имевшую эксклюзивное право на их реализацию).
Наконец, само изображение пострадавшего рублёвика позволяет выявить как мелкие особенности нанесённого клейма, так и установить его геометрические размеры (исходя из характеристик монет - диаметра рубля в 33,5 мм).
Таким образом, на наш взгляд, можно прийти к выводу, что Николаевский рубль с надчеканом, с большой долей вероятности, появился среди выставленных лотов благодаря работавшим в московском Гохране во второй половине 1920х годов двум нумизматам — А. Вершинину и А. Толмачёву-Сосновскому, чьи фамилии обозначены в списке каталога 1931 года на аукционном каталоге в качестве формирователей коллекции: любой из них мог изъять из «лома» рубль с необычным клеймом.
Отметим, что А. Вершинин к этому времени уже являлся автором пусть небольшой, но специализированной книжки по нумизматике и, очевидно, подготавливал к печати её продолжение, касающееся монет императорского периода, а также издал несколько статей. Как следствие — он должен был представлять себе возможную высокую степень редкости неизвестного ранее и клеймёного столь патриотической надписью николаевского рубля. Как указывалось ранее, в феврале 1930 г. А.А. Вершинин в качестве сотрудника СФА был направлен на ЛМД для приёмки хранящейся там коллекции старинных монет с целью её последующей реализации.
Его более опытным напарником и руководителем в этой операции был нумизмат-эксперт Александр Васильевич Сосновский — личность не менее известная. В декабре 1923 г. вместе с А.С. Васильковским он пытался возродить в Москве Русское нумизматическое общество. В конце 1924 г. А.В. Сосновский был выбран представителем секции нумизматов Всероссийского общества филателистов и делал доклад о работе секции на Первом съезде общества'. На Первой Всесоюзной выставке по филателии, бонистике и нумизматике, проходившей в Москве с 14 декабря 1924 г. по 1 февраля 1925 г. в помещениях ГИМ. он был членом Выставочного комитета, избран кандидатом в члены ревизионной комиссии и даже получил Большую серебряную медаль за экспонат «Редкие русские монеты», состоявший из бородового знака 1705 г., рубля и полтины 1741 г. Иоанна Антоновича, грузинских 5 пули 1805 г. и других редкостей. .
В литературе 1930ых годов А.В. Сосновский постоянно упоминается как коллекционер редких монет, причём достаточно редких (одна из принадлежавших ему серебряных монет скифского царя Атея позже попала в собрание ГИМ). Причину указания в зарубежных каталогах начала 1930х годов Александром Васильевичем своей фамилии как Толмачёв-Сосновский установить пока не удалось. К большому сожалению, никаких других сведений об упомянутых московских коллекционерах автором пока не обнаружено, кроме того факта, что Толмачёв-Сосновский скончался ещё до окончания Великой Отечественной войны.
Нам представляется наиболее вероятным, что обсуждаемый редкий рубль не был изготовлен кем-нибудь из упомянутых экспертов лично (в этом случае аналогичные экземпляры стали бы известны в 1930-е годы), а попал к ним от третьего лица, причём, скорее провинциала, нежели столичного жителя. Можно допустить, что за этот рубль его первому владельцу дополнительно впоследствии был выдан каталог франкфуртского аукциона. Исключительность рассматриваемого рубля с надчеканом в то время косвенным образом подтверждается отсутствием каких бы то ни было публикаций о подобных монетах в популярной коллекцио¬нерской прессе 1920 -1930ых годов —журналах «Советский филателист» и «Советский коллекционер».

ТАЙНА НАЧИНАЕТ ПРИОТКРЫВАТЬСЯ...
Так или иначе, но дальнейшее перепрофилирование и закрытие СФА, прекращение продаж монет на аукционах и начавшаяся Великая Отечественная война почти на два десятилетия скрыла от отечественных нумизматов следы николаевских монет с надчеканкой. В следующий раз о них стало известно лишь в конце 1940х годов, и появление их связано с именем днепропетровского коллекционера Петра Петровича Новикова. Сведения об этой личности удалось собрать, просматривая переписку Отдела нумизматики Государствен¬ного Эрмитажа.
В первый раз П.П. Новиков написал письмо на имя директора музея в мае 1947 г.47, сообщил, что ему уже 50 лет, а его «большая коллекция [монет), полностью СССР и львиная доля старой России» реквизирована во время оккупации немцами. Он выслал список недостающего материала и просил помочь ему собрать монеты заново, причём обязался выплачивать «стоимость каждой монеты». В ответ заместитель директора по научной части, профессор В.Ф. Левинсон-Лессинг и заведующий отделением монет ИТ. Спасский объяснили днепропетровскому собирателю, что касательно «. ..отношений с частными лицами, то Эрмитаж лишь приобретает у них нужные ему предметы..., проводит разного рода экскурсии...», а для реализации своих планов Новикову«.. .следует навести справки в Москве, не возобно¬вил ли свою деятельность существовавший до войны магазин нумизматики . В Ленинграде подобных магазинов пока что нет».
В следующий раз П.П. Новиков обратился в Эрмитаж уже в сентябре 1948 г., предложив поменять 15 чешуек от Иван Грозного до Петра I всего лишь на «серебряную монету Екатерины 1 Петра 2 , Иоанна 3 или же на рубли и полтинники Александра 3». Письмо его было передано И.Г. Спасскому, ответившего «любителю русской старины» следующим текстом:
«Уважаемый т. Новиков!
На Вашу открытку сообщаю, что Государственный Эрмитаж никакими обменными операциями как с частными лицами, так и с учреждениями не занимается. Какое бы то ни было исключение вещей и коллекций Отделов может быть произведено каждый раз только по особому решению Совета Министров СССР.»
Неугомонный собиратель не стал отступать и разразился в ответ весьма длинным посланием, приводить которое целиком бессмысленно. Ограничимся лишь несколькими характерными цитатами, на наш взгляд, весьма его характеризующими:
«Многоуважаемый товарищ.
Простите за мою смелость и за беспокойство, но моя искренняя признательность и большое увлечение нумизматикой заставляют меня обратиться к Вам.
Я сам, член ВКП(б), бывший Красный партизан, участник штурма Зимнего дворца, трижды орденоносец, инвалид войны, — в звании капитана.
Будучи учеником, я прочёл много исторической литературы и решил собрать коллекцию звонкой русской дореволюционные царские монеты и медалей.
До начала Отечественной войны моя коллекция давала полную надежду на хорошую коллекцию. Война застала меня в армии. По окончании войны, вернувшись домой, я узнал, что мою коллекцию забрали немецкие фашисты. Горя большим энтузиазмом и пристрастием к делу сбора коллекции, я решил просить Вас, если можно, поступающую в Ваш .музей от граждан звонкую монету и медали дореволюционной России и по каким-либо причинам Вам приходится отказываться от покупки, а, как следствие, в дальнейшем этот ценный материал гибнет бесследно, я буду бесконечно рад и благодарен Вам, если Вы будете направлять их на мой адрес в гор. Днепропетровск ул. 3-я Чечелевка № 15 Новикову Петру Петровичу.
За Ваш труд я буду благодарен. Вам, как человеку, умеющему ценить и сохранять русские памятники старины.
Моя коллекция нуждается: МЕДЬ
1/ Полполушки — 1/8 коп. — у меня нет ни одной...
... 10/ Рубли медные крепко нуждаюсь, нет ни одного. Не откажусь от квадратных.
СЕРЕБРО
...11/ Один рубль с 1700 по 1742 г., с 1750 по 1762г., с 1769по 1815 г...., с 1755 по 1761, с 1777 по 1797 г., с 1824 по 1840 г., с 1849 по 1890 год...
Николая II необходимо:
1895-10, 25 коп и рубль... 1902 - 50 к. 1 р., 1903-50 к. 1 р., 1904 - 50 к. 1р., 1905-1р., 1906 — 50%. 1р. ...
... Одновременно крепко прошу один рубль 1898 г, в честь открытия памятника Александру 2 (так называемый рубль Дворик).
Надеюсь, что моя просьба, как болельщика коллекции и сбережения памятников русской старины, будет удовлетворена...'52.
Даже по ЭТИМ цитатам можно оценить «скромные запросы» собирателя. Об истинном «знании» П.П. Новиковым имперских монет свидетельствует его просьба в этом же письме прислать ему «1915 — 25, 50 коп и рубль, 1916 — 5, 25, 50 коп и рубль». К сожалению, ответное письмо И.Г. Спасского от 9 декабря 1948 г. пока не обнаружено.
Из продолжавшегося обмена корреспонденциями следует, что, судя по всему, П.П. Новиков стал «зондировать почву» во вполне определённом направлении. В письме к нему И.Г. Спасского от апреля 1950 г. прямо говорится:
«. ..Отделу нумизматики не разрешено заниматься ни оценкой каких бы то ни было монет и медалей, ни установлением обменных эквивалентов. Продажа, покупка имена монет и медалей коллекционерами является их частным делом, в которое нам совершенно незачем вмешиваться.
В переписке с нашими многочисленными корреспондентами нашей обязанностью яв¬ляется научное определение, разъяснение исторического значения предметов нумизматики, консультация в научных запросах трудящихся, т.е. научно-популяризационная деятельность, что мы и выполняем с большой готовностью.....
. .. Монеты Николая 2ого с надчеканкой у нас имеются. Кто производил подобные надчеканки мне неизвестно. Полагаю, что это не правительственное начинание, а инициатива частного лица».
Иван Георгиевич, по нашему мнению, мягко говоря, лукавил, говоря о том, что такие монеты в собрании Эрмитажа были, поскольку из его дальнейшей переписки следует, что первый экземпляр с надчеканом Низложение Дима Романовыхъ Мартъ 1917г» поступил в коллекцию самого крупного отечественного музея более чем через десятилетие. Тем временем клеймёные монеты стали появляться в частных советских собраниях.
В июле 1954 г. житель Симферополя Анатолий Вячеславович Лебедев прислал в Отдел нумизматики Эрмитажа протирку серебряного рубля с клеймом на голове Николая II:
20.07.1954
Уважаемые товарищи! Прошу, если это возможно, ответить мне на один вопрос по нумизматике, в порядке консультации.
У одного из коллекционеров я приобрел серебряный рубль и полтинник Николая Я с клеймом Низложение дома Романовых март 1917 г-да). Продавший заверил меня, что это клеймо монетного двора при Рос. Врем. Правительстве в 1917 г. и что рубль очень редок.
Во всём этом я сомневаюсь, и хотел бы просить Вас сообщить, какие сведения имеет Гос. Эрмитаж о монетах с таким, клеймом, какая есть литература об этом?
Я уже слышал ранее об этом рубле две версии: 1) такие рубли сделаны какой-то немец¬кой фирмой, для распространения среди коллекционеров, в целях коммерции; 2) какой-то наги собиратель является автором и исполнителем этого «редчайшего' произведения.
С товарищеским приветом
А Лебедев...»*.
Ответ И.Г. Спасского не заставил себя ждать:
«Уважаемый Анатолий Вячеславович/
Ваше письмо долго пролежало без ответа, так как я находился в отпуске и по вопросу о русских монетах отвечать было некому.
К сожалению, я почти ничего не .могу ответить по интересующему Вас вопросу. Вот уже несколько лету меня перед глазами находится подобный полученному от Вас эс-тампаж (эта же надчеканка), но до сих пор выяснить что-либо мне не удалось. Во вся¬ком случае, версия относительно надчеканки, произведённой монетным двором, представляется мне вовсе неубедительной.. Штемпель, к тому же, выполнен довольно грубо. Убеждён, что подобное  изготовление монет — дело частной инициативы, и не исключена возможность, что это дело какого-либо нумизмата, которого могли вдохновить хорошо известные французские жетоны в память поражения и пленения Наполеона III при Седане; точно также использовались его монеты (главным образом, медные); но на них обычно перегравировывали портрет (напр. изображали на голове Наполеона прусскую каску и т.д.).
Если удастся когда-либо выяснить какие-либо подробности относительно интересующего Вас надчекана — непременно напишу Вам.
Уважающий Вас И.Спасский Хранитель отдел. русских монет
(Приписка сбоку:} Эрм, не имеет — мон. двор предоставил бы/».
Через несколько лет запросы о серебряных монетах с надчеканом стали приходить и из-за границы. Отвечая на письмо своего голландского корреспондента, Иван Георгиевич в октябре 1957 г. писал:
«Только по плохим бумажным эстампажам, которые в разное время присылали мне в письмах любители, мне известны три экземпляра рубля Николая II, на лицевой стороне которого /поверх лица/ находится надчеканка восьмиугольным штемпелем /около 15 мм/, на котором имеется в грепетгковомх ободке надпись низвержение дома Романо-выхъ; в центре — мартъ 1917 г. Судя по старому правописанию, отменённому в начале 1918 г, контрамарка относится к 1917 г»57.
Из этого следует, что на тот момент И.Г. Спасский всё ещё заблуждался относительно времени клеймения монеты.

РАЗГАДКА: ДНЕПРОПЕТРОВСКИЙ СЛЕД.
Существование сразу нескольких монет с надчеканом побудило русского учёного-нумизмата провести опрос среди старых коллекционеров, с которыми он вёл пере¬писку. В январе 1958 . он спрашивал в письме одного из старейших советских собирателей Клавдия Николаевича Петрова: «...Не встречались ли Вам рубли Николая Я где есть надчекан Низвержение династии Романовых»? Мне несколько раз писали о таких вещах, которых у нас, к сожалению, нет... ». На что украинский нумизмат в июне следующе¬го года сообщил учёному, что считает такие монеты фальшивками, изготовленными в Днепропетровске и что, по крайней мере, один экземпляр такой монеты «Низло¬жение Дома Романовых» есть у москвича Ефима Яковлевича Нетюмнина.
Одновременно с К.Н. Петровым ленинградский нумизмат продолжил на этот счёт переписку с А.В. Лебедевым, очевидно, параллельно обсуждая приобретённые последним монеты. Судя по всему, экземпляры из симферопольской кол¬лекции поступили в неё от П.П. Новикова. В сентябре I960 г., отвечая на письмо А.В. Лебедева, И.Г. Спасский пишет: «Новиков мне известен по письмам: году в 1947 или 1948 он штурмовал» Эрмитаж и Исторический музей, требуя, чтобы ему в натуре возместили его коллекцию, утраченную во время войны Могу добавить, что эти рубли уже фабриковались в 30-х гг., т.к. один из них фигурирует в немецком аукционном ката¬логе этого времени».
Видя интерес учёного к надчеканным монетам Николая II, в октябре 1960 г. А.В. Лебедев подарил Эрмитажу свой 50-копеечник:
«Многоуважаемый т. Спасский!
Я рад, что могу быть Вам полезным. Имею две -монеты с интересующим Вас надчеканом: рубль и полтинник. Одну из них посылаю в настоящем письме...
P.S. На днях собираюсь сфотографировать рубль с надчеканом. Тогда вышлю Вам фотографию»'.
В ответном письме И.Г. Спасский выразил свою признательность за этот поступок: «Глубокоуважаемый Анатолий Вячеславович!
Получил Ваше письмо с вложением. На днях будет отправлено официальное письмо с выражением благодарности Эрмитажа, а я тешу лично от души поблагодарить Вас за цен¬ное пополнение, не откладывая. Это тем. приятнее, что именно Вы приоткрыли для меня «тайну» этой редкой монеты, относительно которой я всегда был уверен, что за ней скрывается какой-то «частно-предпринимательский» расчет Года два тому назад я писал о ней одному голландцу, занимающемуся надпечатками, но никаких подробностей тогда не имел... ».
Под «голландцем» подразумевался старинный знакомый советского учёного — Метью ван дер Фоорт, впоследствии подаривший в коллекцию Эрмитажа некоторые недостающие в ней иностранные монеты.
В сентябре I960 г. стало известно о возможно изданной незадолго до того в журнале «The Numismatist* [Journal American Numismatic Association) некой ста¬тьи Томаса Бекера (Thomas W. Becker), затрагивающей русские монеты с надчеканками. К сожалению, с её содержанием ознакомиться пока не удалось. И.Г. Спасский писал автору этой работы: «... Очень рад, что мои замечания по Вашей статье оказались полезными для Вас. К сожалению, рубля Николая П с надчеканкой 1917 г. в нашей коллекции нет. Кроме фото в аукционном каталоге я видел несколько эстампа-жей, которые присылали мне мои корреспонденты... Может подобный экземпляр есть в ГИМ — пишите туда...У.
Но уже в марте 1961 г. советский нумизмат смог ответить своему зарубежному корреспонденту более определённо:
«... недавно Отдел нумизматики Государственного Эрмитажа приобрёл полтинник Николая 2 с заинтересовавшего Вас контрамаркой. После того как мы с Вами обсуждали рубли с надчеканкой, я обратился к нескольким своим корреспондентам.
Один из них подарил полтинник с контрамарках! Государственному Эрмитажу и сообщил, что в течение пары последних лет он и ещё несколько человек приобрели эти монеты у одного и того же лица, недавно умершего старого собирателя, жившего многие годы в одном из наших южных городов.
Есть основания заподозрить покойного в том что он  фабриковал для обменных (обманных) операций (т.е. это могла быть и предложения новоделов  и предложение купить копии монетЯ получил от него 2-3 письма — неприятное впечатление.
Сам штемпель существовал уже в 30-х гг., когда подобная монета была впервые опубликована».
Иван Георгиевич пришёл к таким выводам после получения сообщений от своего постоянного корреспондента, знатока отечественных металлических бон и зарубежных медалей, А.П. Шишкина. Зная о том, что П.П. Новиков проживал в Днепропетровске, И.Г. Спасский попросил своего знакомого выяснить обстоятельства, так сказать, на месте.
«Дорогой Александр Петрович!
...Не можете ли Вы что-нибудь сказать мне о происхождении рублёвиков и полтинников, клеймёных «низложением дома Романовых». Существует мнение, что их фабриковал недавно отошедший ад патрес один Ваш согражданин. Можно ли этаму верить? Говорят, что следы чуть ли не десятка экземпляров ведут к нему... ».   (Это яркий пример тому что копии царских монет существовали всегда и интерес к копиям рублей был всегда).
На что вскоре получил два обстоятельнейших ответа.
«Дорогой Иван Георгиевич!
...Несколько слов о рублёвиках и полтинниках, клеймёных «Низложением дома Романовых». Мнение об их днепропетровском происхождении, пожалуй, справедливо. У меня их в коллекции нет, но у Ческидова есть и рубль и полтинник, оба получены им именно  от того лица, на которое намекаете Вы в своём письме, т.е. от покойного сейчас Петра Петровича Новикова, умершего 14 февраля 1960 года.
Что мне рассказал по этому по&

Написать отзыв

Примечание: HTML разметка не поддерживается! Используйте обычный текст.
    Плохо           Хорошо

Рекомендуемые товары


Схожие по цене