Полевой бинокль в черном кожаном чехле. Первая мировая война.

  • Полевой бинокль в черном кожаном чехле.  Первая мировая война.
  • Артикул: 27083
  • Нет в наличии

  С маркировкой на корпусе бинокля и на чехле. Отличное состояние оптики и прибора в целом. Первая мировая война. Германия.  Гарантированный оригинал.


 


Памяти жертв Первой мировой войны


Хотя первоначальное наступление Германии на Западном фронте захлебнулось и военные действия в районе реки Эны зашли в тупик, германское командование по-прежнему надеялось нанести Франции сокрушающий удар и затем сосредоточить все свои усилия на Восточном фронте. Если к востоку от Парижа линия фронта установилась достаточно отчетливо, то к северу от Эны и до бельгийского побережья возник своеобразный вакуум. Немцы полагали, что, если им удастся обойти французов с фланга, общая победа останется за ними. Те, в свою очередь, горели желанием развить недавний успех и также очень рассчитывали на победу. С 16 сентября развернулась встречные бои и сражения с целью взаимного обхода открытых флангов. Начался «бег к морю», который продлился месяц.

Противники, пытаясь упредить друг друга, фактически двигались параллельным курсом. Всякий раз, когда одна сторона предпринимала попытку атаковать, другая успешно отбивала атаку. В конце концов в середине октября «забег» завершился ничейным результатом — к Ла-Маншу и те и другие подошли одновременно. Не желая все же расставаться с идеей быстрой победы, немцы попытались проделать брешь в не очень плотных порядках союзников. Местом для сражения они избрали исторический центр бельгийского сукноделия, район города Ипр, который оказался у основания клина, вбитого союзниками в германские позиции. Северный фас образовывали французские части, южный — британские. Немцы сосредоточили свои основные усилия на южном участке. В течение трех недель они отчаянно штурмовали растянувшуюся и не очень насыщенную линию обороны союзников. Однажды в приступе отчаяния германские командиры отправили в бой совсем юных, плохо обученных добровольцев. Они могли наступать лишь плечом к плечу, и их волнами косили английские пулеметчики и стрелки-скорострелы. Впоследствии сами немцы назвали этот бой «избиением младенцев». Британская оборона выстояла, но с большим трудом.

Ее потери оказались столь значительными, что в известном смысле под Ипром была похоронена регулярная британская армия. От этого удара ей было суждено оправиться не скоро. Сражение под Ипром показало, что решающую роль в победе оборонявшихся сыграли пулеметы и магазинные винтовки. Наступавшие по открытой местности немцы оказались в крайне невыгодном положении по сравнению с окопавшимися англичанами. Сражение под Ипром стало последней попыткой германского командования одержать быструю победу на Западном фронте. Теперь было решено перейти к обороне, а часть сил перебросить на восток. Обе воюющие стороны были морально подавлены, истощены и начали усиленно окапываться. Вскоре от Швейцарии до Северного моря протянулась непрерывная цепь траншей.

На самом севере находились остатки бельгийской армии и несколько французских соединений, затем располагались англичане, а далее, справа от них,— основные французские части. Началась окопная война. Зима 1914/15 годов оказалась на редкость сырой. Поэтому одной из основных задач являлось сохранение окопов от затопления. Немцы старались устроиться поудобнее. Командиры союзных соединений, полагая, что их долг — с началом весны перейти в наступление-и прогнать-захватчиков, опасались, что слишком удобная зимовка приведет к утрате бойцами наступательного духа. Поэтому система окопов и укреплений союзников носила более примитивный характер.

На Рождество 1914 года на ничейной земле между линиями окопов противников начались массовые братания солдат. Командиры союзных частей стали принимать меры по предотвращению таких явлений. Окопная война требовала овладения новыми навыками. На первый план вышло умение нести патрульную службу, вести снайперскую стрельбу, устанавливать заграждения из колючей проволоки и рыть окопы. Появились и новые виды оружия — минометы, способные вести навесную стрельбу фугасными минами по укрытым целям, а также гранаты, первые образцы которых изготовлялись из пустых консервных банок и бутылок. Бывшие тогда на вооружении пулеметы оказались малопригодными для стрельбы из узких траншей, и им на смену пришли такие легкие модели, как пулемет Льюиса у англичан и «Шоша» у французов.

Порой расстояние между окопами противников не превышало ста шагов, и любые перемещения в дневное время мгновенно вызывали огонь. Поэтому активные военные действия начинались с наступлением темноты. По ничейной земле осторожно, ползком передвигались патрули, пытаясь разведать, что происходит в окопах противника и как надежно они охраняются. Иногда высылались диверсионные группы для захвата «языков» в целях получения достоверной информации.

Много времени тратилось солдатами на починку проволочных заграждений и укрепление окопов. Запасы воды, продовольствия, боеприпасы приходилось тащить на себе по бесконечным ходам сообщения, тянувшимся далеко от передовой. Почти не смолкал грохот пушек, а ночное небо над окопами часто освещали ракеты. Военно-политическое руководство союзников провело зиму 1914/15 годов за обсуждением планов выхода из сложившегося тупика.

Существовали две основные точки зрения. Согласно первой решающий удар следовало наносить на Западном фронте, поскольку там сосредоточились основные союзнические силы. Вторая точка зрения, сторонником которой был в первую очередь Уинстон Черчилль, первый лорд Адмиралтейства, сводилась к тому, что, коль скоро на Западном фронте возникла патовая ситуация, необходимо проявить активность где-нибудь еще. Было принято решение о развертывании военных действий на Дарданеллах, дабы вывести из войны Турцию и повысить таким образом уровень угрозы для Германии и Австро-Венгрии. Начатая весной 1915 года, эта кампания довольно быстро застряла на мертвой точке.

Напряженно работали и стратеги Западного фронта. В феврале 1915 года главнокомандующий французскими вооруженными силами флегматичный Жозеф Жоффр, получивший в войсках прозвище Папа Жоффр, отдал приказ о наступлении. Французская армия должна была одновременно нанести три удара. Два — в Артуа и Шампани, с двух сторон внушительного германского клина, а третий — в Лотарингии, создав тем самым угрозу немцам с тыла.

Британские части должны были оказать французам содействие в Артуа. Наступление французов по грязи, а в горах Вогез и по снегу, и англичан в районе Нев-Шапель являло собой прообраз основных сражений последующих трех лет. Сначала была проведена мощная артиллерийская подготовка, затем осуществлялись преодоление нейтральной полосы и прорыв проволочных заграждений перед траншеями противника. Огонь из пулеметов и винтовок косил наступавших, часть из них все же достигла неприятельских окопов, где началась отчаянная рукопашная. В дело шли штыки, кулаки и приклады винтовок. Уцелевшим при наступлении приходилось быстро перестраивать свои боевые порядки в ожидании неизбежной контратаки. Призывы прислать подкрепление, чтобы удержать захваченные окопы, часто оставались неуслышанными. Попытки установить телефонную связь сплошь и рядом заканчивались неудачей, так как из-за жестоких артобстрелов кабель быстро оказывался поврежденным. В результате приходилось отправлять посыльных, но далеко не всем из них удавалось благополучно пробраться через ничейную территорию.

Поэтому командиры, с тревогой ожидавшие известий о ходе боя, порой теряли контроль над обстановкой в этом «тумане войны», а сильно поредевшим подразделениям наступавших приходилось удерживать захваченные окопы собственными силами — и порой все они погибали. Очень часто подкрепление опаздывало и было вынуждено прорывать оборону заново. Так повторялось по нескольку раз. Пытаясь разобраться, почему эти атаки в начале «окопной войны» не приносили успеха и оборачивались столь тяжкими потерями, английские и французские командиры пришли к выводу, что перед началом атаки германские позиции следует подвергать более массированному артобстрелу. Но для этого требовалось большее количество орудий и больше времени на артподготовку. Использовавшиеся в то время в качестве основных артиллерийских орудий полевые пушки — французская 75-миллиметровая, немецкая 77-миллиметровая и английская 83,8-миллиметровая — не обладали огневой мощью, необходимой для нанесения инженерным укреплениям противника серьезных повреждений. Что же касается более тяжелой артиллерии, то ее у англичан и французов было ограниченное количество, да и имевшиеся орудия были устаревших систем с невысокой точностью стрельбы.

У Германии, напротив, с самого начала имелся перевес в тяжелой артиллерии. Этого требовал их стратегический план, согласно которому нужно было сразу же вывести из строя укрепления вокруг Льежа. Что же касается англичан, то в довершение ко всем их трудностям к весне 1915 года они израсходовали почти весь наличный запас снарядов, и артиллерия оказалась на голодном пайке. На каждое орудие приходилось в среднем по два выстрела в день. Лишь благодаря усилиям газетного магната лорда Нортклиффа удалось заставить британское правительство принять срочные меры по налаживанию производства боеприпасов. Под руководством тогдашнего министра военной промышленности Ллойд Джорджа были введены в строй заводы по производству снарядов. На них работало очень много женщин. Вообще по мере разрастания военного конфликта женщинам все чаще приходилось выполнять обязанности, которые ранее считались исключительно мужскими. Это послужило лишним аргументом в пользу идеи равенства полов. В конце апреля 1915 года немцы применили новое и страшное оружие — отравляющий газ. Это случилось в сражении у того же многострадального г. Ипр, когда против алжирских частей французской армии был использован хлор. Алжирцы в панике бежали, многие скончались от удушья. Здесь немцы проводили лишь эксперименты с химическим оружием и не планировали серьезного наступления. Вот почему они не попытались развить достигнутый успех. Тем не менее могла бы произойти страшная трагедия, если бы не проявили находчивость подошедшие канадцы.

Они мочились в носовые платки и, используя их в качестве противогазов, сумели выстоять. Бои под Ипром продолжались около четырех недель, и лишь в самом конце этого периода начали поступать настоящие противогазы. С тех пор обе воюющие стороны не раз применяли хлор и горчичный газ. Такие газовые атаки стали типичной чертой боев на Западном фронте. Противники или выпускали газ из баллонов, или обстреливали вражеские позиции специальными минами и снарядами. В том же 1915 году немцы применили другое повое и грозное оружие — огнемет. В начале лета 1915 года французы после четырехдневной артподготовки из 1200 орудий предприняли еще одно крупное наступление в Артуа. Англичане в то же время пытались наступать в районе Обер-Фестюбер. В обеих операциях «туман войны» снова помешал развить первоначальный успех. Впрочем, теперь укрепления немцев отличались еще большей надежностью, чем ранее. Обе стороны продолжали нести ощутимые потери.

В Германии и Франции был объявлен новый призыв, но в Великобритании сохранялось прежнее негативное отношение к обязательной воинской службе, и все надежды возлагались на «Новые войска» Китченера, которые начали прибывать на континент весной 1915 года. Английские добровольцы прошли через месяцы испытаний при обучении в Англии. Многим пришлось провести зиму в палатках. Но они не теряли надежды проявить себя на поле брани. Возможность эта представилась им в сентябре. Жоффру по-прежнему не давал покоя германский клин между Артуа и Шампанью. Он снова приказал начать массированное наступление в этих районах, отведя англичанам вспомогательную роль в операции в Артуа. После четырехдневного артобстрела 25 сентября началось наступление. Англичане атаковали германские позиции у Лооса. Им удалось прорвать линию обороны противника, но британский главнокомандующий сэр Джон Френч держал резервные части слишком далеко. После ночного перехода они были брошены в бой и понесли тяжелый урон от успевших прийти в себя немцев. Момент для прорыва был упущен.

Эта неудача стоила Френчу поста главнокомандующего. Его заменил сэр Дуглас Хейг, который руководил британскими войсками в Европе уже до конца войны. Бесплодным оказалось и французское наступление в Артуа. В Шампани поначалу дела обстояли обнадеживающе благодаря тому, что немцы сосредоточили свое основное внимание на второй линии обороны. Как только французы добрались до нее, их атаки захлебнулись. Неудачная осенняя кампания дорого обошлась союзникам — они потеряли 250 ООО человек. Потери немцев составили 140 ООО человек. Войскам предстояла еще одна зимовка в окопах, и центр активности снова переместился в штабы. В декабре был подготовлен проект плана боевых действий Антанты на 1916 год. Союзники надеялись предпринять одновременное наступление как на Западном, так и на Восточном фронте и рассчитывали на помощь Италии, вступившей в войну в мае 1915 года. Жоффр оставил попытки разрушить германский клин с боков и решил с помощью англичан, численность которых постоянно увеличивалась, атаковать в лоб. Предполагалось, что англичане нанесут удар к северу от реки Соммы, а французы — к югу. Но и германское командование не сидело сложа руки. Поскольку кампания 1915 года против России не увенчалась успехом, Эрих фон Фалькенхайн, бывший одновременно военным министром и начальником генерального штаба, решил, что настала пора еще раз попытать удачи на западе. Считая Великобританию главным врагом Германии, он предполагал лишить ее «лучшей шпаги» — Франции, причем таким образом, чтобы полностью истощить ее войска. Для этого требовалось правильно выбрать направление удара, заставить французов бросить туда свои основные силы. Таким местом, по замыслу фон Фалькенхайна, должна была стать старинная французская крепость Верден, гордый символ ее истории.

До сих пор Верден оставался в стороне от главных сражений. Город, опоясанный двумя линиями фортов, казался неприступным. Однако много пушек из его фортов ранее было переброшено в места ожесточенных сражений, да и гарнизон Вердена от долгого бездействия оказался не в лучшей форме. Поэтому, когда 21 февраля 1916 года германские войска атаковали Верден, они быстро внесли сумятицу в ряды обороняющихся и сумели занять ключевые форты. Какое-то время казалось, что теперь уже ничто не помешает немцам захватить и сам Верден.

Однако его’защитники оказали отчаянное сопротивление. На помощь им были посланы подкрепления, но, к несчастью, в распоряжении французов осталось лишь одно шоссе. Потребовались поистине нечеловеческие усилия, чтобы не пропустить неприятеля к этому, как называли его, «священному пути». Так или иначе, французы не дрогнули, и Верден стал синонимом французского упорства. Шли месяцы, а сражение не утихало. Обе стороны бросали в бой новые и новые дивизии, которые через несколько недель или даже дней оказывались уничтоженными. Лишь в декабре окончилась эта страшная битва. Противники потеряли по 350 ООО человек, но остались на своих исходных позициях. Несмотря на верденскую кровавую бойню, союзники не изменили своих наступательных планов на 1916 год. Наступление и впрямь состоялось. Правда, в отличие от первоначального замысла, наступление на Сомме проводилось в основном силами англичан. Всю весну они перебрасывали свои войска в Пикардию. Там были созданы склады боеприпасов.

Казалось, что немцам не устоять, они отступят и тогда до окончательной победы рукой подать. 24 июня 1916 года полторы тысячи орудий начали обстрел германских позиций на отрезке фронта протяженностью в 20 миль. Двадцать две английские и восемь французских пехотных дивизий готовились к наступлению. Три кавалерийские дивизии, лишенные возможности показать свое искусство с начала окопной войны, ждали часа, чтобы ринуться в ту брешь, которая, как надеялись союзники, рано или поздно образуется в обороне немцев. Неделю спустя, солнечным утром 1 июля, наступление началось. День, которого ждали с таким нетерпением, не стал началом победы. Только французам, наступавшим южнее Соммы, удалось в первый день добиться выполнения поставленных задач, да и то благодаря густому туману. На севере же англичане потеряли 60 ООО человек — столько, сколько потеряла армия Веллингтона за шесть лет войны с Испанией сто лет назад. Выяснилось, что массированный артиллерийский обстрел не причинил германским укреплениям сколько-нибудь значительного урона. Во многих местах даже остались в целости и сохранности проволочные заграждения. Наступавшая по нейтральной полосе пехота была выбита с помощью пулеметов, которые немцы сумели быстро установить после окончания артобстрела.

Из-за традиционно плохой связи генералы далеко не сразу смогли оценить обстановку, но даже разобравшись в случившемся, плана наступления так и не отменили. Они решили выполнить до конца обязательства перед русскими и итальянскими союзниками, а также как-то ослабить германское давление на Верден. Это была война на истощение. Такие названия, как Тьепваль, Гомкур, Монтобан, Бомонт Амель, превратились в синонимы крови и страданий. Лето сменилось осенью, но лишь ноябрьская распутица заставила англичан прекратить наступление. За четыре с половиной месяца они продвинулись всего на семь миль, потеряв при этом 600 ООО человек.

Если первое сражение при Ипре стало могилой британских регулярных частей, то битва на Сомме похоронила добровольцев Китченера. Но и германская сторона понесла здесь не меньшие потери. Зима 1916/17 годов на Западном фронте оказалась страшно холодной. Земля замерзла так, что стала оттаивать лишь в апреле. В окопах свирепствовали болезни. Впрочем, затишье помогло противникам как-то восстановить понесенный урон. Великобритания наконец-то объявила о введении всеобщей воинской повинности. Неудачи 1916 года привели к появлению новых лиц на политическом горизонте в высших эшелонах власти.

Успехи Ллойд Джорджа в качестве министра военной промышленности, а затем и военного министра способствовали назначению его в декабре 1916 года премьер-министром Великобритании. Ужаснувшись потерям англичан на Сомме, он попытался сместить Хейга с поста главнокомандующего британскими силами в Европе, но у него ничего из этого не вышло, так как репутация Хейга по-прежнему была высока. Во Франции же стратегические просчеты Жоффра привели к тому, что главнокомандующим был назначен Робер Нивель, который обладал талантом «гладко» говорить, в том числе и по-английски. Неудача под Верденом не прошла даром и для фон Фалькенхайна, на смену которому пришли Пауль фон Гинденбург и Эрих фон Людендорф,— тот самый дуэт, который нанес поражение русским армиям в 1914 году.

Немцы объясняли свои тяжелые потери 1916 года тем, что их фронт на западе оказался слишком растянутым. Решив продолжать оборону, они заметно укоротили линию фронта. Зимний период использовался немцами также для возведения мощной системы укреплений, включая сооружения из бетона. Они называли их линией Зигфрида, а союзники — линией Гинденбурга.

Союзники же могли занести в свой актив не только то, что им удалось обескровить противника, но и создание нового оружия. Большую часть 1915-го и половину 1916 года англичане разрабатывали гусеничную бронированную машину, способную преодолевать траншеи и проволочные заграждения. Машины эти получили название танков, поскольку из соображений безопасности первые модели перевозили по железной дороге под видом цистерн для воды для Ближнего Востока1. В конце августа 1916 года во Францию было отправлено 60 танков, которые получили боевое крещение 15 сентября во время сражения на Сомме. Впрочем, результаты были достаточно противоречивыми. Первые английские модели были названы «Самец» и «Самка».

«Самец» был оснащен двумя 57-миллиметровыми пушками, а «самка» — лишь пулеметами2. Французы охотно переняли изобретение англичан и вскоре изготовили собственные модели танков. Различие состояло в том, что англичане использовали танки для прямой поддержки пехоты, а французы относились к своим моделям «Шнейдер» и «Сан-Шамон» как к самоходной артиллерии. Первые танки отличались слабой подвижностью и ненадежностью механической части. Однако и французы, и англичане продолжали усовершенствовать модели, и вскоре были созданы более мобильные и легкие танки «Рено» и «Уиппет». Позже в Германии появился собственный танк A7V, оснащенный двумя 57-миллиметровыми пушками и четырьмя пулеметами. Экипаж танка состоял из семи человек. Немцы также использовали трофейные британские машины. Применение танков и измотанность германских армий во Франции и Фландрии укрепили Нивеля в убеждении, что есть хорошая возможность прорвать германскую оборону.

Он разработал план такого наступления и сумел убедить британских коллег в своей правоте. Предполагалось, что севернее реки Уазы англо-французские силы будут вести лишь сдерживающие оборонительные действия, а основной удар планировался южнее, в гористом, покрытом лесами районе Шмен-де-Дам. После продолжительной и интенсивной артподготовки примерно из 3000 орудий французы должны были начать наступление с одновременным выдвижением резервных войск, чтобы не терять темпа. Операцию намечалось начать в апреле. Но в марте немцы отвели войска на новые оборонительные рубежи. Этот маневр застал союзников врасплох, и они не сразу начали преследование противника. Кроме того, немцы, отходя, оставили много мин, что отнюдь не способствовало быстрому продвижению союзников. Все это свело на нет идею удара с севера, но Нивель все же решил наступать.

Британские войска атаковали противника 9 апреля у Арраса. Первый же день принес наступавшим большую удачу — канадские части овладели командными высотами хребта Вими. Эта победа и по сей день остается одной из самых славных страниц в истории канадских вооруженных сил. На этом, впрочем, удачи закончились. В сражении приняло участие 60 танков, часть которых вышла из строя из-за поломок, другие застряли, третьи были уничтожены бронебойными очередями пулеметов. Это создало танкам плохую репутацию у пехоты, особенно у австралийцев, потери которых в ходе сражения оказались особенно тяжелыми.

Наступление в районе Шмен-де-Дам должно было начаться одновременно с аррасским, но было отложено на сутки, так как возникли опасения, что артподготовка не нанесла противнику урона, достаточного для успеха операции. В конечном итоге французы начали наступать только 16 апреля после девятидневной артподготовки. Германская сторона знала о планах противника и неплохо подготовилась. Были созданы три рубежа обороны. Кроме того, в резерве держались большие силы, способные быстро организовать контрнаступление. Французы с самого начала понесли большие потери и не могли добиться каких-либо заметных результатов. Нивель продолжал операцию до конца апреля, но потери росли, а успех все не приходил. В довершение ко всему развал в работе медицинских служб привел к тому, что сплошь и рядом умирали такие раненые, которые вполне могли бы выжить. Эти неудачи окончательно переполнили чашу терпения французских солдат, еще помнивших ужасы Вердена.

В начале мая в частях начались волнения — солдаты нередко отказывались идти в бессмысленные атаки. Реакцией французского правительства на положение дел в войсках стало смещение Нивеля, на место которого был назначен Анри Петен, герой Вердена. «Ржавчина» неповиновения успела разъесть уже более шестнадцати армейских корпусов, и Петен решил, что единственный путь к оздоровлению заключается в переходе к обороне. Волнения во французских частях, а также нараставшая активность германских подлодок в Атлантике, угрожавшая оставить британские войска в Европе на голодном пайке, привели к тому, что весна 1917 года стала тяжелым испытанием для западных союзников. Впрочем, через тучи неудач пробился и луч надежды. 6 апреля в войну вступили Соединенные Штаты. Это означало приток новых войск.

Первые воинские формирования под командованием генерала Першинга прибыли в Европу в июне, но потребовалось еще несколько месяцев, прежде чем американцы смогли принять участие в боевых действиях. Петен опасался, что немцы захотят воспользоваться ослаблением французской армии и предпримут наступление. Поэтому он очень рассчитывал на Дугласа Хейга и его пять армий. Петен хотел, чтобы англичане организовали наступление для отвлечения внимания немцев от французских позиций. Хейг и сам планировал операцию по очистке от неприятеля бельгийского побережья. Это требовало навыков в десантировании с моря, и англичане интенсивно вели соответствующую подготовку. Однако Хейг рассматривал готовящуюся операцию как часть грандиозного наступления, которое состояло из трех стадий.

В июне 1917 года предполагалось провести локальное наступление в целях овладения горным хребтом Витесхете-Мессин к югу от Ипра. Затем к концу июля планировалось начать основное наступление на Брюгге. После прорыва германских позиций на этом направлении на побережье должен был высадиться десант с задачей при поддержке войск с суши разгромить правый фланг немецкой группировки. Наступление в районе Витесхете-Мессин оказалось примечательным в двух аспектах. Во-первых, оно было самым скрупулезным образом спланировано. Британские, австралийские и новозеландские бойцы были все до одного проинструктированы, и каждый из них неплохо представлял, как действовать в ходе операции. Кроме того, весьма эффективно была применена обычная взрывчатка для уничтожения важнейших полевых инженерных сооружений противника. Еще весной 1915 года на Ипрском клине и англичане, и немцы устраивали подкопы под позиции противника и закладывали туда заряды. В первый день наступления на Сомме англичане также взорвали очень мощный заряд. С января 1916 года английские саперы усиленно рыли тоннели под горами Витесхете-Мессин.

Это была тяжелая и психологически изнуряющая работа. Саперам постоянно приходилось делать перерывы и прислушиваться, чтобы убедиться, не занимаются ли тем же самым немцы. Иногда немцы предпринимали попытки заминировать британские тоннели, иногда англичане и немцы выходили навстречу друг другу, и тогда завязывалась рукопашная не на жизнь, а на смерть. В конце концов тоннели были прорыты, и в них заложено огромное количество взрывчатки. Ранним утром 7 июля под Витесхете-Мессин было взорвано девятнадцать мощнейших зарядов. Грохот слышали даже на юго-восточном побережье Англии. После этого британские части пошли в атаку и довольно быстро взяли верх над растерявшимися немцами. Такое блестящее начало операции предвещало благоприятное развитие событий в дальнейшем. Основное наступление планировалось на конец июля, а высадка морского десанта — на начало августа, во время первого же высокого прилива. Тридцать английских и четыре французские дивизии должны были перейти в наступление на участке фронта протяженностью в 15 миль.

По плану наступлению предшествовала артподготовка в течение пятнадцати дней — самая длительная за все время существования Западного фронта. Наступление началось утром 31 июлями первые результаты говорили о наметившемся успехе. Но днем начался дождь. Дождливыми оказались и последующие десять дней. Постоянные артобстрелы разрушили сложную дренажную систему Фландрии, поэтому район сражения быстро превратился в гигантское болото. Надежды англичан на быстрый прорыв рухнули, и высадку десанта пришлось отменить. Нужно было ждать, пока высохнет земля, а это давало противнику столь необходимую передышку.

Как только англичане предпринимали очередную попытку наступления, тотчас же начинался дождь. Снова пошла война на истощение. Район сражений представлял собой грязное месиво с воронками от снарядов, в которых тонули люди. Боевой дух солдат, оказавшихся в таких невыносимых условиях, стал резко падать. Тем не менее наступление продолжалось, поскольку требовалось всеми средствами приковывать внимание Германии к Фландрии. Уже было ясно, что Россия близка к поражению, и тогда немцам удастся перебросить на запад дополнительные силы, чтобы обрушиться на еще не пришедшую в себя французскую армию. Так или иначе, наступил ноябрь, а англичане сражались за очередную высоту в каких-то шести милях от районов сосредо точения войск в начале наступления. Пятнадцать недель борьбы привели к тому, что британские части овладели сорока одной квадратной милей грязи, причем за каждую пришлось заплатить десятью тысячами убитых и раненых. Положение британской армии было поистине плачевным. Конец «третьего Ипра», как порой называли это сражение, вовсе не означал прекращения активных боевых действий в 1917 году.

Командование британских танковых частей было уязвлено неудачей боевого использования танков во Фландрии, где они буквально тонули в грязи, что усилило негативное отношение к ним пехоты, которое изначально сложилось еще в ходе сражения при Аррасе. Командование горело желанием доказать, что танки могут приносить победу, если их правильно использовать. С этой целью был выбран сухой холмистый участок подальше от ипрской грязи — в районе Камбре, к востоку от полей сражений на Сомме. На рассвете 20 ноября без артподготовки 378 боевых машин двинулись по нейтральной полосе. Возглавил атаку, находясь в танке под названием «Хильда», командир танкового корпуса генерал Хьюз Эллис. При поддержке шести пехотных дивизий танки прорвали оборонительные позиции ошеломленных немцев и к наступлению темноты продвинулись на пять миль в глубину. Казалось, долгожданный перелом наконец-то состоялся, и в Англии впервые за время войны в церквях зазвонили колокола в ознаменование удачи. Но радоваться было рано. На следующий день лишь 40 танков могли продолжать наступать. К тому же немцы быстро подтянули резервы.

К концу ноября англичанам удалось продвинуться еще на две мили, но затем немцы сумели организовать мощное контрнаступление и отбросили англичан назад, почти на исходные позиции. Зимнее затишье на Западном фронте наступило в 1917 году позже, чем в предыдущие годы. На сей раз союзники были настроены особенно пессимистично. Октябрьская революция в России означала выход ее из войны. Кроме того, стало известно, что немцы перебрасывают дополнительные силы на запад. Поскольку американцы направили в Европу в общем-то символический воинский контингент, а французы и англичане выдохлись после наступательных операций 1917 года, оставалось лишь одно — перейти к обороне и ожидать неизбежного германского наступления. Немцы же разрабатывали новую наступательную тактику, которая была уже опробована как на Восточном фронте, так и в контрнаступлении в Камбре. Атаку возглавляли особо обученные штурмовые группы, которые умело обходили основные очаги сопротивления, предоставляя подавлять их соединениям, шедшим следом. Штурмовые отряды тем временем как можно быстрее просачивались в глубь обороны противника.

Предварительный короткий артобстрел с использованием химических снарядов имел целью не столько уничтожение системы траншей, сколько отсечение передовых укреплений противника от основных сил и нарушение связи. Первый удар немцев был направлен против англичан. Была сделана попытка отрезать их от французских войск и отбросить далеко на север, прижав к Ла-Маншу. Немцы рассчитывали воспользоваться двумя благоприятными обстоятельствами. Во-первых, Ллойд Джордж, потрясенный страшным уроном, понесенным англичанами при «третьем Ипре», решил на некоторое время приостановить отправку пополнений в Европу. Это означало, что в распоряжении Хейга оставалось гораздо меньше людей, чем годом раньше. Тем не менее Хейг пошел навстречу французам, у которых также сильно не хватало солдат, и взял на себя контроль за дополнительным участком фронта в 25 миль к югу от Уазы. Это было сделано в январе, и британцам требовалось провести большую работу по укреплению позиций. Но когда 21 марта 1918 года немцы нанесли удар, позиции еще не были оборудованы.

Во-вторых, штурмовым отрядам, когда началось наступление в 64-мильной полосе фронта, сильно помог туман. Им удалось быстро прорвать оборону почти всюду, кроме самого севера. На юге английская Пятая армия, порядки которой были слишком растянуты, после яростного семидневного сражения была вынуждена отступить на пятнадцать миль. Хейг обратился к французам с просьбой выслать подкрепления. Для улучшения взаимодействия английской и французской армий решением правительств Англии и Франции в качестве старшего начальника союзнических войск был назначен французский маршал Фердинанд Фош3. В результате принятых им мер натиск немцев стал угасать.

Штурмовики явно устали и начали то и дело отклоняться от заданного маршрута, грабя британские продовольственные склады. Наступление немцев было остановлено неподалеку от Амьена. Англичане уступили не только все, что смогли отвоевать в 1916 году в сражении на Сомме, но и кое-что сверх того. Неделю спустя, 9 апреля, после прекращения основного наступления немцы нанесли еще один страшный удар у реки Лис, возле бельгийской границы. На сей раз первой жертвой атаки стала старейшая союзница Великобритании — Португалия. Португалию убедили вступить в войну в марте 1916 года, прежде всего для того чтобы справиться с африканскими, колониями Германии.

В начале 1917 года небольшой португальский контингент принял участие в боевых действиях в Европе. Снова густой туман сыграл немцам на руку. Португальцы быстро отступили. Намечался серьезный кризис, но в очередной раз немцам не удалось развить первоначальный успех. К концу апреля оборона британских войск не без помощи французов была наконец должным образом укреплена, и наступление противника остановилось. Гинденбург и Людендорф теперь решили сосредоточиться на французах. В конце мая они предприняли наступление в районе Шмен-де-Дам, надеясь отвлечь французские резервы с тем, чтобы можно было еще раз ударить по английским позициям. Снова штурмовые отряды воспользовались помощью своего верного союзника тумана и вскоре, преодолев тридцать миль, вышли к Марне. Однако оборона здесь оказалась слишком прочна для них, а запасы подходили к концу. Среди защитников Марны были две американские дивизии, которые неплохо показали себя в к


Рекомендуемые товары


Схожие по цене