«Аненэрбе» – научная организация Германии в структуре СС

 

«Немецкое наследие предков»


Описание научной жизни в национал-социалистической Германии было бы неполным без анализа деятельности уникальной организации, носившей неофициальное название «Немецкое наследие предков» /«Аненэрбе»/, и отличавшейся внушительным подбором научных кадров. В ее работе сочетались широчайший диапазон исследований и однобокая идеологическая направленность; профессиональные разработки мирового уровня и сомнительные поиски авантюрного характера. Являясь составной частью сложной структуры СС, «Аненэрбе» во все время своего существования находилась под личным контролем Гиммлера, принимавшим то отстраненно-снисходительный, то мелочный характер. Однако доверенные лица рейхсфюрера СС из мира науки, возглавлявшие «Наследие» и его крупные отделы, используя свой авторитет в ученом мире, имея эсэсовские звания и благосклонность шефа, часто придавали самостоятельный уклон научной работе, достигая внушительных результатов, нередко получавших общее признание. Число отделов «Аненэрбе» постоянно росло. Это отражало не только личные пристрастия Гиммлера, озабоченного поисками первенства германских ученых во всех областях науки: от археологии до лингвистики, от исторических изысканий до естественных наук. Непрерывно растущая экономика и ее переориентация в военную сферу ставили перед «Наследием» все новые цели. Добавляла работы общая ориентация НСДАП и главы СС на строительство «новой Европы», диктовавшая немецкой науке задачу обосновать преимущества германского духа в разных сферах.

Большинство ученых работало в «Аненэрбе» не из-за карьерных соображений. Их прельщала самостоятельность в изложении научных позиций, гарантированная авторитетным профессорам высшими инстанциями СС. Атмосфера научного поиска господствовала не только в «Наследии предков». Характерна судьба выдающегося биолога Н.В.Тимофеева-Ресовского /1900-81/, одного из основоположников популяционной и радиационной генетики, исследователя биосферно-экологических явлений. Работы Тимофеева-Ресовского положили начало формированию молекулярной биологии. Он сыграл большую роль в возрождении генетики в СССР. Командированный в 1925г. Совнаркомом в Германию, ученый возглавил отдел в Институте мозга, а затем стал директором Института генетики при Институте Кайзера Вильгельма в Берлине. Высокий научный авторитет Тимофеева-Ресовского подтвердился в 1938г. на открытом собрании партийной элиты, посвященном вопросам расовой политики. Там он сделал доклад сразу после главы Расового департамента НСДАП Вальтера Гросса, но перед главным идеологом Рейха Альфредом Розенбергом. До этого Тимофеев-Ресовский отказался вернуться в Советский Союз. В 1946-54 гг. его осудили как невозвращенца и реабилитировали лишь в 1992 году.

Ряд маститых ученых, работавших в «Аненэрбе» и лояльных к главе СС, пользовался не меньшей свободой. Фактическим создателем «Аненэрбе», стал полуголландец- полунемец Герман Вирт /р.1885/. Перед Первой мировой войной ярый пангерманист Г.Вирт преподавал голландскую филологию в Берлинском университете. После войны он задался целью воссоздать древнюю религию, которая должна была стать толчком к возрождению искалеченной «проклятой» цивилизацией «нордической расы», /термин, введенный в научный обиход русским ученым французского происхождения И.Е.Деникером!/.

В 1929г. состоялось знакомство с Гитлером. Через два года в статье «Что я называю немецким?» Вирт провозгласил свастику символом германской древности и знаком обновления и подъема. В конце 1932г. он оставил созданное им в Берлине Общество Германа Вирта и своих многочисленных фанатичных сторонников и по приглашению национал-социалистов основал в земле Мекленбург Исследовательский институт духовной истории древности /предтечу «Аненэрбе»/, получивший государственное субсидирование. В 1934г. Вирт встретился с Гиммлером, а через год при поддержке главы СС и Имперского руководителя крестьян, профессора Вальтера Дарре открыл Собрание народных традиций и древней религии, позднее названное «Наследием предков».

Несмотря на академическое образование и ряд научных работ Г.Вирт не был признан университетским сообществом из-за «ненаучных» методик исследования древней истории, но все же в 1941г. он защитил диссертацию и стал профессором Марбургского университета, занявшись исследованием древней религиозности и символики. Среди ученых велись дискуссии о ценности работ Вирта. Особой критике подвергся его перевод старофризского документа "Хроники Ура-Линды", сделанный в интуитивно-мифологическом стиле. Далеко не все ученые скептически относились к полученным Виртом результатам. Но его защищали крупные авторитеты, такие, как философ Альфред Боймлер, германист Густав Неккель. Герман Вирт был незаурядной личностью и одним из тех, кому новая национальная власть дала возможность получить солидные научные знания еще до получения ученой степени.

Однако положение Вирта, как президента «Наследия предков», изменило соперничество Гиммлера с Альфредом Розенбергом, возглавлявшим Союз борьбы за немецкую культуру, и с Вальтером Дарре, желавшим работать самостоятельно в рамках подчиненного ему Главного управления СС по вопросам расы и поселений. Сближение с Дарре подорвало позиции Вирта. К тому же, в отличие от строгого партийного идеолога А.Розенберга, Генрих Гиммлер, как куратор «Аненэрбе», заботился, п р е ж д е  в с е г о, о поддержании должного научного уровня в работе своих сотрудников. Уже в 1935г. новый пост генерального секретаря Общества занял бывший секретарь Вирта, блестящий организатор и человек СС Вольфрам Зиверс, в короткое время ставший символом «Аненэрбе». В 1937г. рейсфюрер заявил, что не намерен терпеть фантастов в сфере гуманитарных наук. Тогда же Гиммлер усомнился в полной научной компетентности Вирта после знакомства с его новым произведением «Священный протоязык человечества».

В это время в «Наследии предков» появился один из самых одаренных и авторитетных индогерманистов своего времени, профессор Мюнхенского университета, а с 1935г. декан философского факультета Вальтер Вюст. Примкнувший к нацистам еще в 20-е годы, он уже в 1933г. держал под контролем все баварские учебные заведения. Эрудиция и научная смелость Вюста покорили Гиммлера, назначившего его в конце 1936г. начальником лингвистического отдела «Аненэрбе». При этом за профессором было оставлено право преподавать в университете и заниматься самостоятельными исследованиями. Подобное сочетание обязанностей в среде профессуры не было редкостью при национал-социализме.

Преподаватели высшей школы сотрудничали с новой властью из творческих побуждений, используя любую возможность для выражения собственных идей. Особую группу составляли молодые кадры 1900-20 годов рождения, охотно проводившие в жизнь партийные принципы. Ведущие теоретики и философы /А.Боймлер, Э.Крик.../ имели прерогативу самолично подстраивать теорию и практику университетского образования под идеологию национал-социализма, целенаправленно работая в интересах научной истины.

Вальтер Вюст не получал таких полномочий, но делал все возможное для придания академической солидности исследованиям, проводимым «Аненэрбе». Он, как и Вольфрам Зиверс, скептически относился к наивному романтизму Гиммлера, мифологическим конструкциям Г.Вирта и мечтательным теориям ученого-самородка Фридриха Хильшера /р.1902/, на короткое время связавшего свою карьеру с «Наследием предков». В двадцать четыре года он получил научную степень одновременно по двум специальностям: философии и истории права. Ф.Хильшер презирал Веймарскую республику, но отвергал национал-социализм за тоталитарный настрой. Консервативные революционеры Эрнст Юнгер и Эрнст фон Заломон называли этого ученого «богомилом» и «мифическим существом». Отрицая все современные структуры, Хильшер предлагал воскресить империю, управляемую объединенными немецкими племенами по образцу средневековья. Племенные союзы, сохраняющие собственные священные символы, должны были создать «сакральные объединения», из которых сложится будущая элита Германии.

Национал-социалисты питали к Хильшеру стойкую неприязнь за его резкую критику германских «фёлькише»-группировок с их упрощенными представлениями о немецкой народности. А.Розенберг в 1930г. обрушился на него с резкими обвинениями в «Национал-социалистическом ежемесячнике». Несмотря на сознаваемую многими непрактичность и умозрительность идей Хильшера, его фанатизм, изящный стиль и мрачный романтизм привлекали немецкую молодежь. С середины 20-х годов он консультировал множество консервативных и национал-революционных молодежных организаций. Особое влияние его идеи оказали на студенчество. Знакомство с В.Зиверсом состоялось в 1931г. в Штутгартском институте. В лекциях Хильшера Зиверса увлекла идея создания германской религии, игнорируя христианство. В 1935г. он пригласил ученого в «Наследие предков», из которого Хильшера быстро выдавили нацисты. Ему припомнили запрещенную цензурой книгу «Рейх», которую, впрочем, ряд партийных деятелей обсуждал и после ее запрета.

Эта история интересна тем, что фактически объявленный в начале 30-х годов вне закона Фридрих Хильшер летом 1945г. стал добровольным свидетелем на Нюрнбергском процессе по делу Зиверса, доказывая его причастность к движению Сопротивления, одну из групп которого, по распространенной версии, возглавлял опальный ученый. Это свидетельство подтвердил видный деятель немецкого Сопротивления Адольф Рейхвайн, с которым Хильшер поддерживал связь. Мемуары Фридриха Хильшера горячо приветствовались в послевоенных академических кругах. Известные еврейские деятели – коммунист Альфред Канторович и религиозный философ Лео Бек верили в невиновность Зиверса, о чем последний известил тогдашнего президента ФРГ. Действительный характер деятельности Вольфрама Зиверса на посту руководителя «Аненэрбе» затемнен послевоенными пропагандистскими наслоениями. Ряд серьезных обвинений в его адрес вызывает сомнения в свете общеизвестных фактов о крайней жестокости, применявшейся следствием союзников к «особо ценным» обвиняемым. Вызывавшиеся из Америки пыточники, /как правило, специалисты по «холокосту»/, умели «доказать» все, что было необходимо победителям. Так, о достоверности показаний начальника «Освенцима» Р.Гесса и главы Административно-хозяйственного управления СС Освальда Поля о событиях в концлагерях можно судить по методам, примененным к ним следователями, превратившими обоих в полуживые существа с перебитыми костями. Вероятно, допросы Зиверса также не отличались объективностью, так как их протоколы были изъяты из изданий материалов Нюрнбергского трибунала.

В.Зиверс явно не был лишь «холодным функционером СС» в рядах «Наследия предков». Он умел подбирать перспективные научные кадры с большим будущим, и без колебаний избавлялся от тех, кто не отвечал требованиям академической солидности. В 1938г. Зиверс и Вальтер Вюст побудили Г.Вирта оставить все посты /почетный председатель, глава отдела по изучению письменности и символики, директор передвижной выставки древней истории нордической расы/ и покинуть «Аненэрбе». После войны Герман Вирт избежал серьезных обвинений и в 1950г. примкнул к движению «реваншистов», став, по мнению автора монументального справочника по неонацистским организациям ФРГ Курта Тауберта «одним из наиболее значимых ультраправых идеологов». В работе «О первоначальном духе человеческого бытия» Г.Вирт с большой симпатией отзывался о национал-социализме и о Гитлере.

Привлечение опытных научных кадров Гиммлером началось осенью 1934г., когда он назначил референтами по вопросам раскопок древнегерманских археологических памятников двух маститых ученых – Александра Лангдорфа и Ганса Шляйфа. Участник нацистского путча 1923г., специалист по этрусской культуре Лангдорф, сотрудник известного археолога Пауля Якобштиля, до прихода к власти НСДАП преподавал в Берлинском университете. Дипломированный инженер-строитель Г.Шляйф, самостоятельно приобрел богатейший опыт и авторитет в археологии. На этих ученых опирался Гиммлер в противостоянии Союзу борьбы за немецкую культуру. Розенберг, не желавший уступать позиции «Наследию предков», использовал авторитет профессора Тюбингенского университета Ганса Райнерта. Заслугой Райнерта и его именитого учителя Густава Коссины /1858-1931/ было открытие богатой древними памятниками Германии для немецкой и мировой археологии. С этой целью Райнерт в 1932г. создал Имперский союз древней истории, вошедший в Союз А.Розенберга. Положительная сторона такого соперничества заключалась в стимулировании поисков, творческие результаты которых становились общим достоянием науки.

Начало интенсивной деятельности «Аненэрбе» пришлось на 1935-37гг. По замыслу Гиммлера «Наследие предков» должно было превратиться в научный центр СС, и в 1937г. стало официальной службой /Институтом/ СС. К этому времени организация еще не выработала окончательную структуру. В ней господствовали дилетанты, а Вальтер Вюст был «белой вороной». Занимая пост президента «Аненэрбе», он отвечал за научную деятельность и был озабочен поисками подходящих научных кадров, тогда как В.Зиверс выполнял административные задачи, постепенно сосредоточив в руках власть, значительно выходящую за пределы предписанной ему Уставом сферы. Финансовое положение организации постепенно укреплялось благодаря пожертвованиям крупных промышленников и членов «Кружка друзей рейхсфюрера СС».

Тесное и плодотворное сотрудничество наладилось с внутренней службой безопасности СС /СД/. В этом центре молодых интеллектуалов «Аненэрбе» обрело надежного покровителя – начальника отдела, доктора права и профессора Кёнигсбергского университета Франца Зикса. Здесь сложилась атмосфера свободного научного поиска. «Наследие предков» помогало ряду независимо мыслящих ученых, опекаемых СД. В их числе были: директор Института исторического страноведения, католический фундаменталист Цендер; зальцбургский зоолог, профессор Эдуард Тратц, несмотря на свои прежние связи с промасонским «Ротари-клуб», бывший на хорошем счету в СС; философ и физик Гуго Динглер – сторонник гуманистического мировоззрения, ставивший личность выше общества.

Президент «Аненэрбе» Вальтер Вюст сочетал интенсивную научную работу с чтением лекций о духовной базе национал-социализма. Такие лекции, как «Майн Кампф» фюрера, как зеркало индогерманского мировоззрения», были впечатляющим образцом политической пропаганды. В 1937г. по предложению Вюста в организации создали подразделение, занимавшееся изучением мегалитического комплекса скал Эксернштайна – своеобразного символа германского духа. Новому отделу предстояло перевести в научную форму исследования древнего памятника, проводившиеся до сих пор полудилетантами. В этот период «Аненэрбе» сосредоточило усилия в отделах раскопок и древнейшей и ранней истории. Обратив взгляд на античность, Гиммлер создал отдел классической филологии и древнего мира. Его возглавил ученый с мировым именем, берлинский антиковед Рудольф Тилль. Отдел изучал влияние германского компонента на античный мир. В подчинении Тилля оказались многие выдающиеся исследователи. Среди них – сын знаменитого невропатолога из Бонна, 30-летний специалист по истории религии, член НСДАП с 1922г. Отто Хут, вскоре возглавивший отдел по изучению народных легенд, сказок и саг. Хут отвечал за составление библиографии «Собрание немецких народных сказок» и выявление сказочных элементов в доисторических памятниках и обрядах. Его успехи были отмечены присоединением к отделу народных легенд Центрального архива немецких народных сказаний.

В 1938г. в «Аненэрбе» появился зав. кафедрой этнографии Франкфуртского университета 34-летний Генрих Гармянц. Убежденный национал-социалист, член СС с конца 20-х годов, Гармянц руководил составлением Атласа немецкой этнографии в Имперском министерстве воспитания. В «Наследии предков» он создал отдел немецкой этнографии и фольклора, объединив его с собственной кафедрой во Франкфурте-на-Майне. Еще раньше в организацию пришли два талантливых дилетанта: майор СС

К. – Т.Вайгель и К. – К.Руппель /для таких в «Аненэрбе» всегда находилось место/. До этого Вайгель возглавлял в Немецком исследовательском обществе Управление по изучению символики. Обладая хорошей интуицией, он написал несколько популярных работ, имевших определенную научную ценность. В «Аненэрбе» Вайгель получил все архивы по изучению письменности и символики, ранее бывшие у Г.Вирта. Не имевший специального образования Руппель успешно занялся изучением семейных и родовых гербов, сбором символики германских земель и Австрии.

По заданию Германа Геринга, провозгласившего: «Лес снова должен стать собственностью всего народа», в 1938г. «Наследие предков» начало осуществление проекта «Лес и дерево в арийско-германской духовной истории». Его возглавил авторитетный специалист по истории права Карл Август Экхардт. Руководить составлением 50-ти томного «Словаря германоведения» начал глава отдела германской филологии и фольклора, знаток немецких диалектов Бруно Швайцер. Его отдел имел значительное влияние на научный мир. Профессор Альтхайм стал звездой «Аненэрбе» после поездки на Ближний Восток для поисков доказательств конфликтов германских, иллирийских и иранских народностей с семитским племенами.



На высоком уровне были организованы археологические раскопки СС. Этим занимались в Германии известные ученые – историк из Тюбингенского университета Густав Рик и профессор Мюнстерского университета Юлиус Андрес. В Австрии раскопки вел маститый медиевист Карл Эрдманн. Они обнаружили готические и раннегерманские культурные слои, а также идентифицированные с достаточной научной определенностью останки ряда выдающихся германских личностей /Генриха I и др./. Выдающийся результат был достигнут при изучении ранне- и средневекового торгового комплекса , на границе с Данией группой «Аненэрбе», возглавляемой профессором Кильского университета Гербертом Янкуном – ученым с мировым именем. Отдел раскопок во главе с Гансом Шляйфом, ставшим в 1938г. профессором, превратился в мощную, хорошо организованную структуру, привлекавшую все новые кадры именитых ученых, таких как Эрнст Шютрумпф /микроанализ находок/.

Перед войной усилилась децентрализация «Аненэрбе». Археологи работали во всех уголках Рейха. В Вене организацию представляли профессор Отто Хёфлер, а затем искусствовед и художник Эмерих Шафран. Там же работал директор Института охраны культурно-исторических памятников профессор Карл Гинхарт. В Зальцбурге Рихард Вольфрам создал отдел германской этнографии. Австрийский филиал «Наследия предков» стал центром естественнонаучных исследований, значение которых непрерывно возрастало в предвоенное время и в ходе войны.

В июне 1938г. Вальтер Вюст организовал научную конференцию «Аненэрбе» в Киле, результаты которой получили высокую оценку после войны. Позднее всемирно известный ученый, профессор Густав Швантес отмечал высокий научный уровень конференции и ее отстраненность от политики. Вюст подобрал широкую коалицию из светил немецкой науки, недовольных деятельностью Розенберга и Райнерта. Конференция была посвящена научным дисциплинам, в которых преуспело «Наследие предков», прежде всего – этнографии и истории. Большинство из 450 участников к этому времени сделали себе имя в научном мире. Высокий уровень сообщений на конференции признали и современные ученые-археологи. Доклады демонстрировали свободомыслие. Значительными были научные результаты конференции в сфере истории. «Аненэрбе» сплотило вокруг себя большинство немецких историков. Выступали корифеи. Содержательные доклады сделали голландец Асин Бомерс и австриец Вильфонзендер. Профессора Г.Швантес, Иоахим Вернер /Франкфуртский университет/ и Карл Грипп подвергли сомнению влияние германского мира на римскую жизнь и широкое распространение следов человека в Северной Германии в ранний период каменного века. – Любопытно, что Гитлер не доверял суждениям Гиммлера о ведущей роли германцев в древнем мире. Независимыми от политики положениями отличался доклад Герберта Янкуна о литейных формах Хайтхабу. Лингвистическую секцию конференции вел В.Вюст, внесший значительный вклад в методы изучения древнеперсидского языка. Отсутствие естественнонаучных сообщений на конференции было вызвано концентрацией усилий «Аненэрбе» в довоенный период в гуманитарной сфере.

Блестящим был зачин в августе 1939г. еще одного масштабного мероприятия – Зальцбургской научной недели. Научное значение имели доклады Франца Дирльмайера /«Аполлон – бог и воспитатель эллинов»/, Вальтера Вюста /«Об индогерманской религиозности: дух и призвание»/ и Г.Янкуна /«Политическик силы германизма»/. При анализе раскопок /изделия франкского и фризского производства/ Янкун пришел к выводу о том, что Хайтхабу являлся крупнейшим международным рынком раннего средневековья, что подтверждало плодотворность «германского» подхода к европейской истории. Руководитель отдела раскопок Ганс Шляйф предложил солидные гипотезы о конструкциях каменных и деревянных построек древности. К сожалению, Зальцбургская неделя была скомкана второй мировой войной.



Здесь уместно опровергнуть распространенный миф о том, что национал-социалисты способствовали деградации науки. Об ученых, занимавшихся вопросами новых технологий, заботилось и государство, и университеты, и многочисленные исследовательские организации. Им предоставлялись щедрые стипендии и другие значительные финансовые средства. На политические взгляды ученого часто закрывали глаза. Фигуры такого уровня, как Вернер фон Браун, позволяли себе открытое выражение несогласия с некоторыми акциями национал-социалистов. После войны сотрудники «Аненэрбе», включая гуманитариев, единодушно заявляли о том, что они были свободны в своих действиях. Организация не контролировалась ни Имперским министерством воспитания, ни какой-либо другой государственной или партийной структурой.

Покровительство Гиммлера защищало от доктринерства ряда деятелей НСДАП /Розенберг и др./, требовавших немедленной унификации и перекройки традиционной науки в духе партийной идеологии. Рейхсфюрер своевременно защитил от доноса и не позволил эмигрировать выдающемуся физику Вернеру Гейзенбергу, получившему в 1933г. от «еврейского» Нобелевского комитета премию вместе со Шредингером и Дираком, и даже зачислил Гейзенберга в штат «Аненэрбе». Историки организации пользовались правом свободно выезжать за рубеж. Не удивительно, что многие современники рассматривали членство в СС как гарантию достаточной свободы в научных исследованиях.

Прихотливые фантазии Гиммлера искусно обходились учеными «Наследия предков». Редактор издания «Аненэрбе» «Германия», глава исследовательского отдела германской культуры и местного фольклора Йозеф Отто Плассман говорил, что нелепые задачи главы СС намеренно затягивались исполнителями или получали негативный ответ. На другом уровне происходила идеологическая обработка научных знаний. Сухим научным фактам придавалось политическое значение, что гарантировало благополучное продолжение работ. Место псевдонаучных изысканий и сомнительных личностей в «Аненэрбе» было довольно скромным. Руководство нового отдела геофизики с согласия Гиммлера разделило исследования на «научные» и «дилетантские». Существовал «магический» отдел метеорологии и астрономии, с которым один год сотрудничал известный изобретатель Ганс Гёрбигер, автор курьёзной теории «вечного льда», с помощью которой он пытался объяснить периодические циклы возобновления жизни на земле. Научная терминология и неожиданные выводы этой теории одно время привлекали внимание некоторых серьезных ученых. В мае 1938г. возник отдел геологии и минералогии, пытавшийся заняться алхимией и получением золота средневековыми способами. Только на бумаге значился отдел тайных наук, в ведении которого должны были находиться «ведьмы». Эти курьёзы не портили общую репутацию организации, как солидного центра науки.

В 1938г. Гиммлер заявил, что отныне любое научное исследование будет контролироваться «Наследием предков», однако соперничество с другими ведомствами СС не позволило в полной мере выполнить эту задачу, хотя в Уставе организации говорилось: «Аненэрбе» вправе способствовать всем схожим устремлениям других объединений». Вовлечение организации в новые сферы исследований продолжалось. В Зальцбурге открылся отдел обработки земли и разработки природных ресурсов. «Аненэрбе» замыслило подчинить себе охрану памятников природы и геологию. Здесь организация столкнулась с Главным союзом немецких спелеологов, возглавлявшимся авторитетом в научном мире, евреем Бруно Вольфом. Несмотря на преследование евреев, Вольф остался членом правления Берлинского общества спелеологов. Надо отметить, что в целом антисемитизм не был характерен для деятельности «Аненэрбе», за исключением Отто Хута и Лёффлера, не скрывавших неприязни к евреям. Унификацией спелеологических союзов в Австрии занимались руководители отдела спелеологии «Наследия предков» Ганс Брандт и К.Вильфонзендер – знаменитый профессор древней истории Венского университета, офицер СС.

Через год в Германии был создан отдел средневековой и новой истории, который возглавил 31-летний Герман Лёффлер. Этот ветеран штурмовых отрядов, талантливый самоучка, несколько лет управлял отделом, так и не получив ученой степени. Вскоре «Аненэрбе» было прикреплено к Главному административно-хозяйственному управлению СС генерала Освальда Поля, что усилило финансовую базу организации.

Гиммлер, принявший от Вюста обязанности президента, внимательно изучал все работы «Аненэрбе». Его сокровенным желанием было укрепить связи с университетами Германии до степени контроля над их научно-исследовательской деятельностью. Рейхсфюрер пытался использовать то, что большинство сотрудников его организации совмещали работу в «Аненэрбе» с преподаванием в университетах, но нередко профессора отказывались оставить кафедру и сосредоточиться на исследованиях. – Так повел себя специалист по аграрной истории профессор Гюнтер Франц. Крупным событием в естественнонаучном секторе в этот период стала передача «Наследию предков» Дома природы в Зальцбурге /прикладное природоведение/ во главе с профессором Эдуардом Тратцем, который никогда не отказывался от своих научных принципов в угоду политике.

Влияние Гиммлера в университетских кругах росло. Он ставил именитых преподавателей в ряды СС, присваивая им офицерские звания: в Мюнхене – Вюсту, в Вене – Христиану, во Франкфурте-на-Майне – Гармянцу, в Брауншвейгском университете – Мартину Рудольфу. Вюст слегка «подмочил» свою репутацию политически выдержанной публикацией «Смерть и забвение в картине индогерманского мышления». В 1939г. некоторые ученые, например, египтолог Шарф, настаивали на его научной дисквалификации, но высокий авторитет защитил ученого от критики коллег. Покровитель «Аненэрбе» из СД генерал-майор Зикс, начальник отдела, занимавшегося мировоззренческими вопросами, координируя действия с рейхсфюрером СС, опубликовал в газете «Немецкий студент» статью, предлагавшую проводить подготовку руководящих кадров для университетов без учета «школы жизни времени борьбы» НСДАП за власть. По мнению Гиммлера и Зикса высшая школа не должна была в ущерб научной подготовке превращать студентов в «истинных нацистов» /!/.

Симпатизируя профессуре и окружая себя учеными, глава СС старался слить университеты со своими научными структурами. Райнхард Хён и его Институт государственных исследований действовал при Берлинском университете; Немецкий правовой институт профессора К.Экхардта с 1937г. существовал как филиал Боннского университета; декан философского факультета Мюнхенского университета В.Вюст традиционно сотрудничал с СД. Профессор Рудольф Тилль, глава латинского сектора «Аненэрбе» также преподавал в Мюнхене. Австрийский исследователь Рихард Вольфрам стал экстраординарным профессором в Вене. Профессор германистики Отто Маузер при содействии Гиммлера был переведен в Кёнигсбергский университет. К 1938 году восемнадцать крупных университетов Рейха находились под контролем «Наследия предков», что не означало их подчинения каким-либо ненаучным догматам.

Для оказания непосредственного влияния на высшее образование глава СС должен был работать в связке с Имперским министерством воспитания. Его планам способствовали начальник министерского отдела «Наука», профессор химии Рудольф Ментцель и руководитель отдела «Аненэрбе» высокоталантливый Г.Гармянц, также занимавший в ответственный пост в Министерстве. Кадры из «независимого» Немецкого исследовательского общества постепенно переходили в «Наследие предков». Престижный проект – Атлас немецкой этнографии осуществляли сотрудники «Анэнэрбе» – сначала экстраординарный профессор из Дрездена Адольф Штамер, затем Гармянц. Альфреда Розенберга отстранили от Зальцбургской научной недели. Он явно проигрывал «битву за науку». Из профессуры, имевшей серьезные научные заслуги, его поддерживал лишь главный партийный философ Альфред Боймлер, возглавлявший ведомство науки в идеологическом управлении Розенберга.

С 1936г. руководство «Аненэрбе» требовало от подчиненных не только академического образования, но и защиты диссертаций. Научная степень становилась обязательным условием для работы в «Наследии предков». Весной 1938г. все подразделения организации разделили на две категории. Не имевшие научной степени талантливые дилетанты возглавляли, как и ранее, исследовательские отделы /Вайгель, Руппель, Грёнхаген, Плассман и ряд других/. Маститые ученые стояли во главе учебно-исследовательских отделов. Это подчеркивало связь некоторых подразделений с учебными канцеляриями вузов. Со своей стороны, университеты настаивали на том, чтобы «новое поколение» получало полное академическое образование, без поправок на политические функции.

Перед войной в деятельности «Аненэрбе» появились новые направления. В конце 1938г. возник сектор военной геологии, занятый вопросами оптимального использования залежей полезных ископаемых в Европе на нужды германской экономики с учетом предполагаемых союзников и нейтральных стран.



Рекомендуемые товары


Схожие по цене