Ханс Йоахим Марсель.

  •  Ханс Йоахим Марсель.

         Ханс Йоахим Марсель вместил в небольшой отрезок времени, который отпустила ему судьба, больше, чем иной за целую жизнь. Многое написано о Марселе — смесь правды и вымысла. Но величайший пилот не нуждается в легендах и будет оставаться одной из наиболее поразительных фигур в истории Второй мировой войны.         Дорога от Триполи к Эль-Аламейну проходит мимо многих мечетей. Почти все они имеют высокий, устремленный свечой в небо белый минарет и такой же белый купол. Все они белые, но только одну из них все — от солдата до генерала — называли «Белой Мечетью». Любой солдат, который воевал в Африке, поймет о чем речь, — о маленькой мечети селения Сиди-Абд-эль-Рахман перед самым Эль-Ала-мейном. Желтоватый пригорок, квадратное здание и полумесяц над белым купо­лом. Все использовали его как ориентир на протяжении пяти месяцев в период боев под Эль-Аламейном. «Наша часть в двадцати восьми километрах к югу от Белой Мечети». Этого достаточно — все уже понятно.         В то время мечеть пустовала — она получила серьезные повреждения. Никто не читал суры в прохладе внутри строения. Муэдзин не призывал к молитве с минарета. Коран какое-то время лежал у ступеней алтаря. Потом он исчез, как исчез­ло многое из этого молчаливого, полуразрушенного дома молитв.         Сегодня сверху, с минарета снова раздается крик: «Алла иль Алла. Алла ху акбар!» На песке больше нет воронок или следов танковых гусениц. Но память остается. Память о многом и о многих, и среди них о самом популярном в Герма­нии летчике-истребителе, нашедшем тут свою смерть. Ему было 22, но о нем знали во всем мире — Ханс Йоахим Марсель. В газетных статьях его называли «Африканским орлом». Молодые девушки писали письма, на которых против отметки «кому» ставили: «Звезде пустыни» и письма всегда доходили до адресата.         Ханс Йоахим Марсель родился 13 декабря 1919 года в пригороде Берлина Шарлоттенбурге и был потомком французских лютеран, бежавших в Бранденбург от религиозных преследований. Отец Ханса Иоахима, Зигфрид Марсель, был летчиком во время первой мировой войны. После поражения Германии в Первой Мировой Войне ему пришлось оставить армию, и чтобы как-то обеспечить свою семью он поступил на службу в полицию Берлина.. Из-за службы отца родители Ханса часто жили порознь, и, возможно, этим объясняется отвращение Марселя ко всему военному - идеям, выправке, униформе...       

  Ханс-Йоахим рос слабым ребенком, но обладал сильным независимым характером, обладал веселым и общительным нравом. В период учебы в начальной школе и гимназии он был постоянно готовым к хорошим шуткам и проказам, любил быть в центре внимания, испытывал органическое отвращение к порядку, за что на него постоянно поступали жалобы.         Весной 1937 года, несмотря на свое отвращение ко всему военному, он успешно окончил гимназию и решил реализовать свою мечту - стать военным летчиком. В этом ему помог отец, который еще в начале 30-х годов вернулся на службу в вермахт, получил звание оберста, и был назначен командующим 2-го оборонительного района в Бремене.         В октябре 1938 года Ханс прошел первоначальную военную подготовку, и уже 7 ноября начал учебу в летной авиашколе. Он проявил себя талантливым учеником, и уже через несколько недель ему доверили самостоятельные полеты.         13 марта 1939 года Марселю было присвоено звание фанен-юнкера. В начале лета его направили в школу воздушного боя в Фюрстенфельдбрюкке. Но и тут его характер снова дал о себе знать. Однажды во время обычного тренировочного полета, он затеял на малой высоте воздушный бой. Это было серьезным нарушением правил полетов, и отправленное представление о присвоении ему следующего звания было отозвано. Окружающие вообще считали, что тогда Марселль остался в школе только благодаря связям своего отца.         В ноябре того же года Марселю было присвоено звание фенриха, и он был направлен в 5-ю истребительную авиашколу.          В конце весны 1940 года Марселя перевели в Учебно-боевую истребительную группу "Мерзебург", где молодые пилоты проходили окончательную подготовку непосредственно перед отправкой в действующие части, а уже в августе Ханс был назначен в состав I.(Jagd)/LG2, которая действовала в районе Ла-Манша.         24 августа в районе Дувра "Мессершмитты" I(Jagd)./LG2 вступили в бой со "Спитфайрами". Это был первый бой Марселя. Недостаток опыта он компенсировал великолепным ощущением самолета и того момента, когда надо открывать огонь. Бой продолжался четыре минуты, когда Марсель смог почти вплотную сзади сверху приблизиться к одному из "Спитфайров", который после короткой очереди упал в Ла-Манш. Минуту спустя Марселя самого сверху со стороны солнца атаковали несколько английских истребителей. Резко бросив "Мессершмитт" в пике, он смог выйти из-под огня, выровняв самолет только в нескольких метрах над поверхностью воды.         В ходе своего второго вылета Марсель снова одержал победу, и в начале сентября был награжден Железным Крестом 2-го класса.         Успешное начало летной карьеры имело и отрицательные последствия, поскольку после каждого вылета Марсель возвращался на поврежденном самолете. В ходе "битвы за Англию" "Мессершмитт" Марселя четыре раза был подбит, и трижды совершал вынужденные посадки на брюхо, причем все время в одном и том же месте, - на песчаном пляже на мысе Гри-Не.         23 сентября, когда истребители I(J)./LG2 возвращались обратно после сопровождения бомбардировщиков Не-111, их в районе Дувра со стороны солнца атаковали "Спитфайры". "Мессершмитт" Марселя получил несколько попаданий в двигатель, и начал опускаться все ниже и ниже. В конце концов, Марсель был вынужден выпрыгнуть на парашюте. Он провел в воде около трех часов, прежде чем его подобрал спасательный He-59, и из-за переохлаждения на несколько дней попал в госпиталь. В конце осени 1940 г. он был награжден Железным Крестом 1-го класса.         Осенью 1940 года Марсель был единственным пилотом в I.(J)/LG2, имевшим звание фенриха. Присвоение же следующего звания постоянно переносилось из-за его "дисциплинарных проступков". Например, в одном из вылетов в сторону Англии командир эскадрильи отдал приказ возвращаться к французскому побережью. Но Марсель заметил и сбил "Харрикейн", пристроившийся в хвост "Мессершмитта" ведущего группы. Но по возвращении получил взыскание за то, что вышел из боевого порядка подразделения и вступил в бой.         В другой раз командир эскадрильи поручил Марселю продемонстрировать прибывшему с инспекцией высокому начальству, как могут летать молодые пилоты. Марсель показал трюк, который когда-то демонстрировал Эрнст Удет: законцовкой крыла он подцепил носовой платок, привязанный к верхушке метрового бамбукового шеста! Затем пролетел над головами ошеломленных зрителей и приземлился. На этот раз Марсель получил уже 5 суток ареста за "несоблюдение минимально допустимой высоты полета в 5 метров, и угрозу для жизни окружающих".В         принципе, во время боев над Ла-Маншем Марсель проявил себя талантливым пилотом, но был безрассуден и часто получал взыскания за попытки исполнять фигуры высшего пилотажа на учебном самолете и за другие прегрешения. Ханс Йоахим утверждал, что во время "битвы за Англию" сбил 7 самолетов противника, но были подтверждены только 3 его победы. Этот факт говорит о низкой летной дисциплине Марселя, который так отрывался от своих товарищей, что не оставалось свидетелей, могущих обосновать его претензии. Самого его сбивали по меньшей мере 4 раза (некоторые источники называют большую цифру - 6 раз), но всегда он умудрялся дотянуть свой искалеченный самолет до побережья Франции, выброситься с парашютом или сесть на брюхо на каком-нибудь пляже или поле. Личное дело Марселя пухло от докладных записок о его недостойном военного поведении, о его не по уставу длинных волосах и чрезвычайно небрежном отношении к службе. Действительно, в этот период своей военной карьеры он проявил себя скорее как "Дон Жуан", нежели как летчик-истребитель. Марсель был довольно красив, а перед его манерами не могла устоять ни одна женщина. Представительницы слабого пола так и липли к нему. Иногда после бурной ночи Марсель бывал измотан настолько, что не мог вести самолет.      

    24 декабря 1940 года Марсель был переведен в 4./JG52, которой командовал Йоханн Штайнхоф. Прочитав личное дело Марселя, распухшее от докладных записок о поведении, недостойном военного, он тоже ничего хорошего от него не ждал. По словам Штайнхофа: "Марсель был одаренным пилотом и истребителем, но он был абсолютно ненадежен. Он был красивым мужчиной, а перед его манерами женщины просто не могли устоять. Он всюду имел подруг. Женщины отнимали так много его времени и сил, что часто он был настолько уставшим, что я просто не мог позволить ему управлять самолетом. Его безответственное отношение к службе стало основной причиной, почему я избавился от него. Но он имел просто непреодолимое личное обаяние!" Написав несколько рапортов, Штайнхоф добился, чтобы Марселя отозвали из JG52.          Он отбыл в Германию, но уже 21 февраля 1941 года, управление личного состава Люфтваффе назначило Марселя в I./JG27, которая в это время базировалась на аэродроме Дёберитц. При этом ему было присвоено следующее звание - обер-фенрих. Он попал в 3-й авиаотряд, которым командовал обер-лейтенант Герхард Хомут.          Перелет в Африку          Берлин не мог предложить ничего стоящего Марселю, потому что в те дни, в начале 1941 года, в небе над столицей рейха еще не находилось много «дичи». Время проходило в учебных полетах, игре в карты и питье кофе. Эскадрилья радовалась, когда в конце апреля 1941 года ее передислоцировали в Африку после короткого периода пребывания в Югославии.          21 апреля 1940 года I./JG27 начала перелет из Сицилии в Ливию на аэродром Эйн-эль-Газала. При перелете 3-его авиаотряда с Сицилии на первый промежуточный аэродром на ливийском побережье на "Мессершмитте" Марселя, имевшем бортовой номер 13, возникли технические неисправности. Упало давление масла, двигатель начал захлебываться, в кабине появился дым, и Марсель совершил вынужденную посадку на брюхо около шоссе в районе ливийского города Сирте. На попутном итальянском грузовике он через несколько часов добрался до аэродрома.         Когда Марсель спросил командира Герхарда Хомута, что он теперь должен делать, то услышал в ответ: "Вы разбили свой самолет, и теперь добирайтесь "пешком" до фронта". После того как самолеты эскадрильи были дозаправлены, они вылетели дальше, и Марсель остался один. Он узнал, что через час в том же направлении пройдет итальянский транспортный конвой. Собрав свои пожитки, он вышел на шоссе, и вскоре увидел приближающееся облако пыли. Один из грузовиков остановился, и Марсель забрался в кузов. Там оказался итальянский лейтенант, сносно изъяснявшийся на немецком. Когда Марсель спросил, когда они прибудут в Эйн-эль-Газала, итальянец со смехом ответил, что в лучшем случае послезавтра. "Но я должен быть там завтра!", - с отчаянием воскликнул Марсель.      

   Было уже темно, когда колонна достигла немецкого полевого аэродрома в Виа Балбиа, и Марсель попрощался со своим попутчиком. Однако и тут его ждало разочарование. Дежурный фельдфебель сказал ему, что полетов в Газалу не ожидается, и что он может тут застрять на несколько дней. Он предложил продолжить путь с итальянской колонной. "Если я это сделаю, - ответил Марсель, - то буду в Газале лишь послезавтра, а я должен там завтра к полудню!" Тогда фельдфебель посоветовал ему обратиться к местному квартирмейстеру: "Возможно, Вы сможете получить у него автомобиль". Это была шутка, но спустя десять минут обер-фенрих Марсель, стоя перед генералом Хеллманом, рассказывал о своих злоключениях. В завершении он сказал: "Я должен вернуться в свою эскадрилью завтра. Если меня не будет, то мое звено не сможет взлететь".          Случилась странная вещь, вместо того, чтобы сразу выставить за дверь молодого и дерзкого обер-фенриха, генерал Хеллман пригласил Марселя сесть. Увидев у него Железный Крест 1-го класса, Хеллман попросил его рассказать о боях над Ла-Маншем.         В эмоциональной манере Марсель рассказал о своих победах, о том, как три раза совершал вынужденные посадки, и как один раз чуть было не утонул в Ла-Манше. Когда он закончил, генерал кивнул: "Вы получите автомобиль, но сначала поужинаете со мной. Завтра на рассвете Вы можете взять мой Опель "Адмирал". Или Вы предпочитаете отправиться, не дожидаясь рассвета? Луна яркая и после 23.00 достаточно светло". Марсель ответил, что хотел бы отправиться немедленно. Прощаясь, генерал Хеллман сказал Марселю: "Я думаю, что Вы понимаете, что теперь в благодарность за помощь Вы должны одержать 50 или более побед. Я надеюсь еще услышать о Вас в связи с этим!"         Шофер генерала унтер-офицер Шультце, оказавшийся земляком Марселя, всю ночь и утро гнал свой "Опель" на максимально возможной скорости. И 22 апреля около полудня они были уже на немецкой базе в Дерна, где остановились, чтобы заправить машину. Воспользовавшись паузой, Марсель отправился в штаб, чтобы получить свое денежное довольствие. Когда штабной клерк собрался поставить отметку о получении денег в его личной книжке, и открыл ее на странице, где были записи о награждении, Марсель попросил: "Пожалуйста, только не на этой странице". Тот удивился: "Вы что действительно думаете, что сможете получить что-то большее, чем Железный Крест?!" "Конечно", - ответил Марсель, и получил отметку на другой странице.          Около 17.00 они достигли аэродрома в Газале, т.е. всего лишь спустя два часа после того, как там приземлились "Мессершмитты" его авиаотряда. Отпустив Шультце, Марсель отправился на доклад. Хомут был поражен его скорым прибытием, но сделал вид, что так и должно было быть.         Едва появившись в своей эскадрилье, Марсель был окружен товарищами - "На чем ты добрался? Ведь ни один самолет не приземлялся!" На все вопросы он "скромно" отвечал: "На личном автомобиле генерала", и естественно, что ему никто сначала не верил.         Вечером Марсель получил новый истребитель, но уже с бортовым номером 14, «Желтый 14». Истребительная эскадра состояла из трех групп по три отряда, а каждая эскадрилья — из трех звеньев. Номера на самолетах наносились по следующему принципу: первое звено каждой эскадрильи имело белые номера; второе — красные, а третье — желтые. Если вдруг случайно звеньев оказывалось че­тыре, то цифры на фюзеляжах рисовались синей краской. На штабном самолете имелись специальные отличительные знаки: двойные или одинарные, прерывис­тые или сплошные черные линии. Истребительный отряд обычно состоял из две­надцати — шестнадцати машин, а группы — из сорока — шестидесяти, числен­ность эскадры достигала примерно ста пятидесяти самолетов-истребителей.         Вскоре этот «Желтый 14» станет знаменитым.         

Африканская карьера.   

       В конце апреля 1941 года 27 эскадрилья была переброшена в Ливию на аэродром Эйн-эль-Газала. Здесь, в Северной Африке, в полной мере раскрылся талант Марселя как летчика-истребителя. Этому немало способствовали два важных обстоятельства: во-первых, на аэродромах в пустыне не было женщин, а во-вторых, его наставником стал опытный пилот и командир группы гауптман Эдуард Нойман. Он в полной мере оценил способности Марселя, понял его характер, и, используя его положительные качества, смог сделать из Марселя настоящего офицера и выдающегося аса.          23 апреля Марсель одержал свою первую победу в Северной Африке, сбив "Харрикейн" в районе Тобрука. В тот же день вечером, когда "Мессершмитты" 27 эскадрильи опять прикрывали над Тобруком Ju-87, их атаковало 73 "Харрикейна". На этот раз Марселю не удалось сбить ни одного самолета, но зато его "Мессершмитт" сам попал под огонь "Харрикейна". Был поврежден двигатель, несколько пуль пробили фонарь, пролетев в нескольких сантиметрах от головы Марселя. Истребитель начал терять скорость, но ему все-таки удалось дотянуть до аэродрома в Газале. Механики насчитали 30 пробоин в "Мессершмитте" Марселя.          Первого мая 8 "Мессершмиттов" авиаотряда Марселя прикрывали Ju-87, атакующие позиции англичан в районе форта Аркома. Одно звено вел обер-лейтенант Герхард Хомут, второе - Марсель. Они уже почти достигли Аркомы, когда Марсель заметил 6 английских истребителей, кружащих над фортом на высоте 4000 метров. Это были "Харрикейны". "Мессершмитты", набрав высоту, заняли позицию со стороны солнца. Первым англичан атаковало звено Марселя, при этом он сам нацелился на ведущий "Харрикейн". Англичанин попытался отвернуть влево, но было уже поздно. Получив несколько попаданий, "Харрикейн" задымил и быстро пошел вниз. Марсель начал преследовать его ведомого, который уходил в сторону Тобрука. Он быстро догнал его и короткой очередью сбил. Это были 10-я и 11-я победы Марселя.          14 июня в воздушном бою над Тобруком "Мессершмитт" Марселя был снова подбит. Двигатель начал терять мощность, на лобовом стекле фонаря появились брызги масла, а в кабину стал пробиваться дым. Звук двигателя становился все слабее и все более хриплым, температура масла уже почти достигла 100°, а высота была всего около 1200 метров. Марсель направил самолет в юго-западном направлении от Тобрука, надеясь дотянуть до позиций своих войск. Он периодически останавливал и снова запускал двигатель, чтобы хоть как-то замедлить рост температуры масла и предотвратить пожар. "Мессершмитт" опускался все ниже и ниже. Он летел уже на высоте около 300 метров, температура масла дошла до 150°, а Марсель все еще видел под собой английские оборонительные сооружения. Самолет продолжал снижаться, едкий дым заполнял кабину, затрудняя дыхание. Внезапно Марсель увидел плоский клочок грунта, и, развернув "Мессершмитт", сразу же сел на брюхо. Едва самолет замер, Марсель выскочил из кабины, и бросился в сторону, ожидая взрыва или пожара. К счастью, ни того, ни другого не произошло.         

16 июня в 50 км от аэродрома Газала в бою с тремя "Харрикейнами" самолет Марселя опять был подбит. И снова был поврежден двигатель. Вытекающее масло полностью забрызгало фонарь, и Марсель ничего не видел даже в десяти метрах перед собой. Его ведомый Райнер Пёттген, подойдя вплотную к "Мессершмитту" Марселя, "повел" его обратно на аэродром, говоря по радио, что нужно делать. Ориентируясь только по этим командам, Марсель совершил успешную слепую посадку.          Сразу после этого Марсель был вызван к гауптману Нойману. Тот сказал: "Марсель, в подавляющем большинстве случаев, мы ведем бой с превосходящим по численности противником. Поэтому желательно, чтобы пилот имел двойную дозу благоразумия и обдумывал свои действия. Нет ничего позорного в том, чтобы в течение четырех недель оставаться без побед. Вы будете иметь большее число побед, если сможете сохранять в бою спокойствие и хладнокровие. Тогда возможно будет использовать вашу тактику вхождения в центр оборонительного круга англичан. Когда же я анализирую Ваши последние вылеты, то вижу в них больше удачи, чем смысла. То, что Вы делаете, не больше чем обман смерти, а в "награду" Вы отправляете в песок наши самолеты одним за другим. Вы очень хороший летчик, Марсель, я знаю это. Но мы находимся на фронте, а не на авиационном шоу, и "томми" стреляют в нас. Я приказываю Вам, чтобы прекратили свой "высший пилотаж" в бою. Лучше Вы будете раз в четыре дня сбивать один вражеский самолет, чем каждые два дня мы будем ремонтировать Ваш! Вы будете иметь серьезные проблемы, если только сделаете еще одну из ваших сумасшедших атак, понимаете?!" После этого Нойман налил себе и Марсейлю вина, и произнес тост: "За Ваши успехи, но торопитесь медленно!".          17 июня, когда "Мессершмитты" 3./JG27 сопровождали к Тобруку Ju-87, Марсель атаковал и сбил один "Харрикейн". А спустя несколько секунд сам едва не попал под огонь другого "Харрикейна". Лишь своевременное предупреждение ведомого Пёттгена спасло Марселя. Англичанин снова попытался зайти в хвост, но Марсель теперь был начеку и действовал безупречно. Он выполнил энергичный разворот и расправился с противником.          Осенью 1941 года число побед Марселя стало быстро расти. 9 сентября в ходе разведывательного полета он сбил над заливом Соллум "Харрикейн", при этом израсходовав лишь 22 снаряда.          Утром 24 сентября в ходе свободной охоты "Мессершмитты" 27 эскадрильи южнее Гамбута на высоте 6000 метров перехватили 9 "Мэрилендов". Марсель атаковал крайний правый бомбардировщик, и с первого же захода повредил ему правый двигатель. Он повторил атаку, приблизившись сзади к "Мэриленду" на дистанцию 80 метров и бомбардировщик упал в море. Затем около 17.00 "Мессершмитты" 27-ой в районе Халфайи встретили 18 "Харрикейнов". Всего в ходе 15-ти минутного боя было сбито 6 "Харрикейнов", из них на счету Марселя - 4. Таким образом, в этот день Марсель записал на свой счет сразу пять побед.          3 ноября Марсель был награжден Почетным кубком Люфтваффе. В это время на его действия впервые обратил внимание рейхсмаршал Герман Геринг, и с этих пор ему регулярно будут докладывать об успехах молодого летчика.          В ноябре 3-ий авиаотряд был отозван в Германию для переоснащения новыми истребителями Bf-109F-4, и вернулся обратно в Ливию лишь 4 декабря. 2 декабря Марсель был награжден Германским Крестом в Золоте. Он стал первым пилотом в Северной Африке, получившим эту награду.         

5 декабря, впервые вылетев на новом "Мессершмитте", Марсель сбил "Харрикейн".          Около полудня 20 декабря в районе аэродрома Гот-эль-Берсис, куда перебазировалась 27 эскадрилья, появились английские бомбардировщики. На аэродроме объявили тревогу, пилоты, и среди них Марсель с Пёттгеном, бросились к самолетам. Когда они уже заняли места в кабинах, Петтген неожиданно заметил, что англичане развернулись, и теперь направлялись прямо к аэродрому. Он крикнул Марсейлю: "Иохен, быстро назад!" Они выскочили из самолетов и, что есть силы, побежали к ближайшей траншее. Едва они успели спрыгнуть в нее, как на взлетную полосу посыпались бомбы. После того, как налет закончился, Марсель с Пёттгеном пошли обратно к самолетам. Там механик показал Марсейлю большой осколок, который попал точно в кабину его "Мессершмитта": "Похоже, герр лейтенант, Вы можете сегодня вечером отпраздновать свой второй день рождения". Марсель кивнул и молча пожал руку Пёттгену, который не раз уже спасал ему жизнь в воздухе, но теперь это случилось и на земле.          В конце декабря 1941 года Марсель заболел тропической лихорадкой и был отправлен в госпиталь в Афины. Там он получил известие о трагедии, постигшей его семью - умерла сестра Инге. После поездки домой в Берлин, Марсель вернулся в Северную Африку в конце января 1942 года. Теперь он стал необычно серьезным и молчаливым.          Ранним утром 8 февраля Марсель сопровождал разведывательный самолет. В 07.45 он вернулся и уже заходил на посадку с выпущенными шасси, когда услышал по радио предупреждение с земли о группе истребителей противника позади. Приземляться Марсейлю было опасно, и он в одиночку принял бой с семеркой P-40. Этот бой в разных источниках описывается по-разному, но в результате два P-40 оказались на земле. Один из британцев попал в плен.        

В этот же день Марсель сбил еще два P-40 и стал первым немецким пилотом в Северной Африке, преодолевшим рубеж в 40 побед. 12 февраля счет Марселя вновь пополнился сразу на 4 самолета, а 21 февраля он сбил уже 50-й самолет.         22 февраля лейтенант Ханс-Йоахим Марсель был награжден Рыцарским Крестом, который был вручен ему спустя два дня.         В начале марта Марсель получил отпуск для отдыха и поездки домой в Германию, и вернулся обратно 24 апреля. И уже 1 мая Марселю было присвоено звание обер-лейтенанта.         По мере приобретения опыта Марсель выработал свои приемы ведения боя. Например, для того, чтобы занять выгодную позицию, он не только снижал обороты двигателя, но нередко выпускал закрылки, чтобы уменьшить радиус виража.         Марселя признавали мастером борьбы с самолетами, идущими в оборонительном круге. В этом случае он предварительно разгонял свой "Мессершмитт" в пикировании, затем горкой набирал высоту с таким расчетом, чтобы стремительно приблизиться к одному из самолетов противника. Здесь он давал короткую очередь с близкой дистанции и, используя запас скорости, уходил вверх над кругом и в сторону. Тут же снова доворачивал в сторону круга и теперь уже атаковал очередной самолет с пикирования. Эти маневры Марсель исполнял настолько стремительно и точно, что нередко успевал сбить несколько самолетов противника. Ведомый Марселя в таких случаях даже не пытался следовать за ведущим, а оставался высоко над оборонительным кругом, и лишь подсчитывал количество сбитых.          3 июня "Мессершмитты" эскадрильи Марселя прикрывали Ju-87 во время налета на форт Бир Хакейм. Шесть истребителей во главе с Марселем, летя на большой высоте, прикрывали "Юнкерсы" сверху. Достигнув цели, пикировщики устремились вниз, в то время как "Мессершмитты" на высоте около 2000 метров описывали широкий круг над фортом. В это время неподалеку были замечены 12 "Томагавков во главе с командиром крыла Бересфордом. "Мессершмитты" Марселя мгновенно развернулись и пошли на противника, расстояние между ними быстро сокращалось. До "Томагавков" было всего лишь несколько сотен метров, когда они внезапно повернули и выстроились в плотный оборонительный круг. Марсель уже знал, как бороться с такой тактикой противника. Пока остальные 5 "Мессершмиттов" прикрывали его от неожиданной атаки со стороны, он буквально "рвал" на части оборонительный круг. В течение нескольких минут Марсель сбил сразу 6 "Томагавков"!         После приземления оружейник подсчитал боеприпасы, израсходованные Марселем в бою. Оказалось, что на 6 сбитых самолетов было израсходовано 10 снарядов пушки и три с половиной сотни пулеметных патронов.         Марсель стал бесспорным асом и лидером 27-ой эскадрильи, в этот день общее число его побед достигло 75-ти. И 6 июня 1942 года он был награжден Дубовыми Листьями к Рыцарскому Кресту. А уже 8 июня. обер-лейтенант Марсель в свои 22 года был назначен командиром 3-его авиаотряда 27 эскадрильи.         10 июня в небе над Бир Хакеймом разгорелся крупный бой, в котором только с немецкой стороны участвовал 51 "Мессершмитт". Тогда пилоты 27-ой сбили 8 английских истребителей, и снова Марсель был лучшим, одержав в течение 15 минут 4 победы.        

Вечером 13 июня "Мессершмитты" 27-ой прикрывали группу Ju-88, когда в районе Тобрука их встретили 20 Р-40. В ходе боя Марсель снова за пять минут сбил 4 самолета. Первые три он сбил в течение 3-х минут, тем временем четвертый на предельно малой высоте попытался уйти. Марсель быстро догнал его и дал очередь. Оба самолета в этот момент летели на высоте около 2-х метров над землей. Английский самолет накренился, и зацепив левым крылом землю, превратился в груду обломков. По четыре самолета в одном бою Марсель сбил 15 и 16 июня.         17 июня в одном бою он сбил 6 самолетов и достиг отметки в 101 победу. На обратном пути Марсель догнал эскадрилью "Харрикейнов", и в течение пяти минут летел незамеченным позади них. Когда же он попытался их атаковать, у него неожиданно отказало вооружение, и он сам сразу же был атакован парой "Харрикейнов". Маневрируя на высоте нескольких метров над землей, Марсель смог оторваться от англичан.         Он стал 11-м по счету пилотом Люфтваффе, преодолевшим рубеж в 100 побед, и в то же время первым, добившимся подобного результата в боях на Западе и в Африке. За 17 последних дней он сбил 33 самолета. Совершая ежедневно по 5-6 боевых вылетов, он практически без перерывов с утра до вечера находился в воздухе. Все свои действия в бою он довел до автоматизма. Иногда казалось, что это не человек, а машина, запрограммированная на достижение победы над врагом. В среднем на один сбитый самолет он тратил около 15 выстрелов.         На следующий день Марселя отправили в Германию на отдых и для вручения Мечей к Рыцарскому Кресту. Мечи вручал лично Гитлер в Растенбурге, затем были встречи с Герингом в Каринхалле, а в Берлине Марсель был гостем у доктора Геббельса. Его имя было вписано в книгу почетных граждан Берлина. Он мешками получал письма, в основном от женщин. В немецких газетах его называли "Орлом Африки", "Юным Львом", а итальянцы - "Звездой Африки" и "Звездой пустыни". Марселя узнавали на улицах.        

Написать отзыв

Примечание: HTML разметка не поддерживается! Используйте обычный текст.
    Плохо           Хорошо

Рекомендуемые товары


Схожие по цене