Японский кортик обр. 1883 года. Поздний вариант.

  • Японский кортик обр. 1883 года. Поздний вариант.
  • Японский кортик обр. 1883 года. Поздний вариант.
  • Японский кортик обр. 1883 года. Поздний вариант.
  • Японский кортик обр. 1883 года. Поздний вариант.
  • Японский кортик обр. 1883 года. Поздний вариант.
  • Японский кортик обр. 1883 года. Поздний вариант.
  • Японский кортик обр. 1883 года. Поздний вариант.
  • Японский кортик обр. 1883 года. Поздний вариант.
  • Японский кортик обр. 1883 года. Поздний вариант.
  • Японский кортик обр. 1883 года. Поздний вариант.
  • Японский кортик обр. 1883 года. Поздний вариант.
  • Японский кортик обр. 1883 года. Поздний вариант.
  • Японский кортик обр. 1883 года. Поздний вариант.
  • Японский кортик обр. 1883 года. Поздний вариант.
  • Японский кортик обр. 1883 года. Поздний вариант.
  • 80 000 руб.

Оригинальный . Хорошее состояние. Датировка: конец сороковых годов. Клейма: отсутствуют.

Описание: Клинок стальной, прямой, плоский, однолезвийный, полированный, с одним узким долом вдоль обуха на всю длину клинка. Вершина клинка округлая с острием на конце обуха. На пяте клинка имеется латунный хабаки. Рукоять деревянная, овальною сечения, сужающаяся к головке, обтянутая белой кожей ската. Рукоять имеет спиралевидный желобок, по которому обвита крученой латунной проволокой. Головка рукояти округлая, украшенная рельефным изображением цветка и листьев сакуры. Внизу рукояти имеется втулка, украшенная точечным гравированным фоном. Рукоять крепиться на хвостовике при помощи деревянного штифта, торцы которого закрывают менуки (декоративные накладки). Крестовина плоская, овальная, с отогнутыми в разные стороны концами. С обеих сторон крестовины имеются плоские овальные прокладки (сеппа), украшенные по периметру орнаментом. Все латунные части эфеса позолоченные. Ножны деревянные, плавно сужающиеся к концу, в медном покрытии под акулью кожу. Это поздний образец. Прибор ножен латунный, позолоченный, состоит из широкого устья и длинного наконечника. Прибор ножен украшен рельефными изображениями цветов и листьев сакуры на точечном гравированном фоне. Украшением нижней части устья и верхней части наконечника являются фигурные выточки в форме стрелы. На устье с обратной стороны расположена кнопка пружинной защелки, язычок которой фиксируется в отверстии на перекрестье.

 Историческая справка: Кортик носили все морские офицеры с 1883 по 1945 г., а с 1914 по 1945 г. — все морские кадеты, старшины и унтер-офицеры. Высший офицерский состав носил кортики этого же образца, только более качественного изготовления и богаче украшенные


Оружие обладает удивительной притягательной силой. Являясь участником всех значимых исторических событий, оно несет на себе печать времени, энергетику своих владельцев. Холодное оружие всегда существовало не только как предмет обороны и нападения, попутно оно часто выполняло церемониальные, обрядовые функции. Оружие всегда являлось неотъемлемым предметом костюма властного сословия, а также символом чести и достоинства для военного человека.

За последние двести лет в мире выпущено огромное количество кортиков, кинжалов, тесаков и ножей. Подавляющее их количество никогда не было использовано в бою, являясь лишь частью парадной или повседневной формы.

Но так было не всегда! Пять столетий назад предшественник морского кортика со средней длины клинком был исключительно боевым холодным оружием, что было обусловлено тактикой ведения морского боя в эпоху великих географических открытий и активного пиратства. Тогда значение артиллерии в бою было невелико, и атакующий корабль всеми силами стремился сблизиться с противником, чтобы взять его на абордаж. Естественно, что в рукопашной свалке среди снастей и такелажа и в тесных пространствах между палубами не годились мечи, сабли, шпаги с очень длинными клинками.

Таким образом, в XVI-XVIII вв. появилось морское короткоклинковое холодное оружие в основном боевого назначения, которое практически не украшалось и использовалось офицерами флота вместо полагавшихся сабель и шпаг как наиболее удобный вариант в стесненных условиях корабля. 

Иногда кортик или кинжал изготавливался из сломанной шпаги или сабли, испорченный клинок которых было жалко выбрасывать так как стоили они приличных денег. Но такое оружие использовали только как боевое; в качестве красивого парадного оружия оно совершенно не смотрелось из-за диспропорции величины шпажного эфеса и укороченного клинка. Широко были распространены варианты, когда на сломанный переточенный и укороченный шпажный клинок насаживалась рукоять от кинжала или охотничьего кортика. 

Для примера достаточно вспомнить знаменитый швейцарский кинжал XVI в., послуживший образцом при разработке дизайна офицерских кинжалов частей СА и СС нацистской Германии.

раненого зверя, а также для рубки хвороста и подобных операций. Охота была одним из основных развлечений и составной частью светской жизни высшего общества, поэтому охотничий костюм был немыслим без богато украшенного «хиршфэнгера». Многие флотские гардемарины, а впоследствии офицеры были людьми состоятельными и носили это удобное и простое в обращении оружие и на корабле. Постепенно из него получился морской кортик с прямым узким и достаточно длинным клинком. Эфес значительно упростился: исчезла дужка гарды, осталась только крестовина, а на щитике (если он использовался) изображались государственная символика или инициалы владельца.

В армиях европейских стран офицеры также носили кортики, очень похожие на «хиршфэнгеры», или сами «хиршфэнгеры». Но в сухопутных войсках их функция была однозначно парадной или подчеркивала высокий статус офицера, так как эффективность боевого применения кортика на поле брани не шла ни в какое сравнение с саблей или шпагой (палашом), а о стесненных условиях не было и речи.

Однако, говоря о кортиках в армии, нельзя не упомянуть стилеты с нанесенными на клинок отметками для точного отмеривания порций пороха. Такие стилеты в XVII в. были незаменимыми помощниками любого европейского артиллериста. Прекрасный дизайн и изящество стилета, нередко со вкусом украшенного, еще раз подчеркивали особое положение, которое занимали артиллеристы в армиях XVII в.

На флоте многих стран в XVII — начале XVIII в. стало популярным носить охотничий кортик (скорее, тесак) со слегка искривленным недлинным клинком и со щитком на перекрестье в виде раковины, повернутой вверх или вниз. Встречались варианты с двумя повернутыми вверх щитками, закрывающими руку с обеих сторон. Такой тесак изготавливался полностью из железа. Это было в чистом виде боевое и надежное оружие. Дальнейшее его развитие шло медленно, двумя путями — в боевой абордажный матросский тесак, принятый на вооружение флотами стран Англии, Швеции, России и др. в первой половине XIX в., и в парадный кортик со щитком на перекрестье с прямым или кривым клинком. Такой кортик исполнял чисто декоративную функцию. 

Можно сказать, что охотничья сабля (или, скорее, тесак с кривым клинком) и была первым морским кортиком в XVIII в. Далее клинок в ходе эволюции укоротился до длины 200-250 мм к началу XIX в. Небольшие размеры кортика способствовали тому, что он стал очень популярным парадным оружием у морских офицеров и кадетов, несших службу в весьма стесненных условиях старинных кораблей. 

Очень часто вместе с длинной «парадной» шпагой, которая использовалась для официальных церемоний и при нахождении на берегу, офицеры заказывали уменьшенный вариант клинкового оружия для ношения с повседневной формой при прохождении службы на корабле. Это было, как правило, простое оружие, если и украшенное, то минимально. Иногда различие между «малой» шпагой и кортиком очень условно и часто его невозможно отличить. 

На рубеже XVIII-XIX вв. кортик окончательно определился как парадное оружие для морских кадетов, унтер-офицеров и офицеров. Появились первые уставные образцы, которые назвать образцами можно лишь условно, так как их различие в размерах, формах и украшениях было весьма велико.

К началу XIX в. относятся первые упоминания о кортиках как о части морской униформы в уставах и приказах по флотам Англии, Нидерландов, России и Швеции.

Морским кадетам английского флота уже в период 1780-1825 гг. устав предписывал носить с формой кортик. В этот период были популярны кортики как с прямыми, так и с кривыми клинками. Потом последовал небольшой перерыв, и в период 1827-1849 гг. кадеты вновь носят кортик, теперь уже в основном с прямым клинком. 

Похоже, что в конце XVIII — начале XIX вв. Англия являлась законодательницей мод в дизайне кортиков. В начале XIX в. было очень сильным влияние Франции на декор и дизайн холодного оружия европейских флотов и армий, но на кортики это сильно не распространялось, так как сохранившихся французских и французского типа кортиков во много раз меньше, чем английского типа.

Прямое влияние Англия оказала на холодное оружие Португалии. Подписав в 1703 г. кабальный договор с Великобританией, Португалия фактически до 1916 г. находилась под протекторатом этой страны, что, конечно же, не могло не отразиться в том числе и на образцах холодного оружия для армии и флота. В первой половине XIX в. в португальском военно-морском флоте носят кортики с кривым клинком английского типа. Рукояти многих из них украшены перламутровыми накладками. Встречаются в это время и кортики с прямым клинком и цельнолатунными ножнами, тоже очень похожие на английские, но их рукоять очень часто имеет перламутровые накладки.

В Российском флоте на рубеже XVIII-XIX вв. были популярны кортики английского типа с кривым клинком. Наверное, использовались и кортики с прямым клинком — имеются сведения об их изготовлении, в частности, на Олонецком заводе в первой половине XVIII в. В 1803 г. был узаконен факт обязательного ношения кортика как части формы морских офицеров и гардемарин Морского кадетского корпуса. Но только в 1820-х гг. в Морском уставе появляется описание кортика — и это кортик с прямым клинком.

В Датском флоте в самом начале XIX в. были популярны кортики английского типа с сильно искривленным клинком, рукоятью из слоновой кости и латунной головкой, загнутой в сторону, противоположную изгибу клинка. Использование кортиков этого типа продолжалось до принятия в 1851 г. кортика с прямым клинком, но многие офицеры продолжали носить его и позднее. Ранние варианты датских морских кортиков с прямым клинком явно испытали влияние французского ампира, но впоследствии становились все строже в деталях отделки и к концу XIX в. приобрели свои простые и выразительные формы.

В голландском флоте кортик приобрел свою популярность в начале XIX в. как удобная и очень красивая часть морской офицерской формы. Считается, что обычай носить кортик был позаимствован из французского флота, оттуда же был позаимствован и тип кортика с прямым клинком. Использовались и кортики с кривым клинком. Однако уже в 1820-х гг. в основном сложился тип голландского кортика, который окончательно оформился в 1870-х гг.

В шведском флоте традиция носить кортик возникла в конце XVIII в. и имеет английские корни. Были популярны кортики различных форм и размеров с прямым кликом. Гораздо реже встречались варианты с кривым клинком. Использование всего этого многообразия образцов продолжалось до принятия в 1878 г. морского кадетского кортика, а многие продолжали носить ранние произвольные образцы и далее — до начала XX в.

Отдельно нужно сказать о кортиках американского военно-морского флота. В подавляющем большинстве книг о холодном оружии, написанных американскими авторами, американским считается любой предмет, который носили морские офицеры флота Соединенных Штатов. Однако большая часть холодного оружия, использовавшаяся в армии и флоте Соединенных Штатов, производилась и экспортировалась из Европы, поскольку в молодой независимой стране не существовало ни традиций, ни мощностей для производства серьезного количества холодного оружия. Попытки подражать европейским образцам холодного оружия, например кортикам, заканчивались созданием своих достаточно уродливых образцов, отвратительный внешний вид которых и послужил, скорее всего, причиной отказа американского флота от их использования.

Во второй половине XIX в. кортик перестает быть символом исключительно морского офицера или кадета. В Дании в 1870 г. Свой кортик получили армейские врачи, офицеры  ветеринарных и санитарных армейских служб, в этом же году другой образец кортика получили не произведенные в чин кандидаты этих служб. В 1871 г. получают свой кортик офицеры датской армии, артиллерии и инженерного корпуса. Для офицеров королевских шотландских полков в 1879 г. был принят кинжал (так называемый «дирк») традиционной древней шотландской оригинальной формы, который в слегка измененной форме используется до настоящего времени. В России уже с 1820 г. для почтальонов, с 1855 г. для курьеров ведомства путей сообщения, а с 1858 г. для курьеров телеграфного ведомства также был принят кортик, правда, по величине и внешнему виду больше похожий на тесак.

Большую часть XIX в. кортик был оружием исключительно офицерского состава либо морских кадет — людей высшего сословия, заканчивающих обучение в высших морских военных заведениях и отправляющихся в плавательную практику. Высокая стоимость изготовления кортиков обусловливает их ношение исключительно этим военным контингентом. Из-за дороговизны холодного оружия кортики носили очень долго, часто передавали по наследству. Отдавая дань семейной традиции, продолжали носить кортики старых образцов даже при принятии новых. Но в конце XIX — начале XX в. появляются новые материалы и технологии — например, эбонит, пластмассы, никелирование, да и процесс производства сильно механизируется и удешевляется. Это создало предпосылки для принятия образцов кортиков для унтер-офицеров и технических специалистов, служащих прежде всего в новых военных специальностях и родах войск. 

В начале XX в. проникновение кортика в армию усилилось. Благодаря развитию техники, появились новые войска — авиация и автомобильные части. Офицеры Российских авиационных частей, Баварских и Прусских авиационных и автомобильных войск получили в начале XX в. кортики, практически не отличавшиеся от морских, за исключением таких мелочей, как цвет рукояти и символика на перекрестье.

В Российском военно-морском флоте в 1903 г. кортик получили флотские специалисты — машинные кондукторы, а в 1909 г. и остальные кондукторы. Эти должности уже не относились к офицерской категории.

В последней четверти XIX в. на политической карте Европы происходили заметные изменения. Россия в результате войны 1877-1878 гг. добилась независимости Болгарии от Османской империи. При помощи русских специалистов началось формирование национальной армии и флота. Вполне естественно, что для офицеров болгарского военно-морского флота был принят кортик, очень похожий на русский морской офицерский кортик обр. 1820-х гг.

В конце XIX в., в результате сильного сближения Германии и Турции, немецкие специалисты участвовали в реорганизации турецкого флота. В начале XX в. для офицеров военно-морского флота был принят кортик, созданный на основе немецкого морского офицерского кортика обр. 1901 г., но имеющий элементы турецкой государственной символики.

Офицеры флота Греции в начале XX в. стали носить кортик, очень похожий на немецкий морской офицерский кортик обр. 1901 г. , только головка рукояти была выполнена в виде короны династии Глюксбургов, которая правила в Греции в 1863-1923 гг.

Значительное влияние Великобритании на экономику, политику, реформирование и оснащение вооруженных сил некоторых стран Азиатского региона было традиционным, связанным с сильной колониальной зависимостью. Для Китая, к концу XIX в. фактически превратившегося в полуколониальное государство и рынок сбыта для ведущих мировых держав, английский флот был образцом для подражания. Это касалось и униформы, и традиции ношения холодного оружия. Нет ничего удивительного в том, что в 1913 г. , после провозглашения Китая Республикой, для морских офицеров был принят кортик, очень похожий на английский морской мичманский кортик обр. 1901 г. Отличался он только клинком, изготовленным промышленным способом (скорее всего, в Японии) с фальшивым хамоном и головкой рукояти в виде национального китайского котла на трех ножках и с рогатой крышкой — очень древнего символа Китая.

кортик немецкий морской кадетский обр. 1890 г. (слева);
турецкий морской кортик начала XX в. (в центре); 
греческий кортик первой половины XX в. (справа)

В конце XIX в. на Дальнем Востоке происходит заметное усиление военной мощи Японии. Сильные мировые державы, такие как Великобритания, США, Германия, видели в стране восходящего солнца естественный противовес усиливающемуся влиянию России в этом регионе и поэтому всячески способствовали количественному и качественному росту японских вооруженных сил. На английские займы и при помощи английских специалистов создавался мощный современный военный флот. После революции Мэйдзи в военно-морском флоте появились мечи и кинжалы нового образца, скорее похожие на европейские сабли и кортики, но сохранившие важнейшие традиционные японские признаки холодного оружия — клинок с хамоном, хотя бы и фальшивым, нанесенным машинным способом, рукоять из белого пластика, имитирующего кожу ската, и способ закрепления рукояти на хвостовике клинка при помощи "мэкуги" — бамбукового колышка. 

С окончанием Первой мировой войны закончилось существование Российской и Австро-Венгерской империй и на карте Европы появилось много новых стран, которые стремительно начали строить свою государственность, уделяя повышенное внимание всем ее атрибутам. В период между мировыми войнами кортик как символ привилегированного положения офицера или государственного служащего в обществе приобретает огромное значение. Особенно это касается тех стран, где были установлены диктаторские или профашистские режимы. Везде, где военная машина приобретала в государстве главенствующую роль, кортик становится прежде всего знаком власти, вожделенным символом превосходства избранного над всеми остальными членами общества.

В период 1930-1940-х гг. безусловным лидером в создании огромного количества разнообразных кортиков, кинжалов и сходных с ними по назначению эрзац-штыков и ножей была, конечно же, Германия. За ней следуют государства, входившие вместе с ней в военный блок, — Италия, Япония и позднее примкнувшие к ним — Болгария и Румыния. Кортики и кинжалы Италии, Румынии, Болгарии и тем более Германии можно свободно купить на многочисленных военно-исторических ярмарках и аукционах, т. е. можно изучить их историю на реальных предметах. А вот информация о кортиках Японии большей частью существует только в рисунках, и, несмотря на то что американцы захватили в качестве трофеев сотни тысяч единиц холодного оружия, японские кортики практически не появляются на аукционах. Таким образом, существование большинства видов японских кортиков приходится относить на веру в авторитет знаменитых английских коллекционеров Ричарда Фуллера и Рона Грегори. Даже эти ведущие эксперты не держали большую часть японских кортиков в руках и вынуждены ссылаться на труды Ota Rinichiro «Nippon no Gunpuku» и Sasama Yuzankaku «Nippon no Ganso», в которых приведены немногочисленные рисунки этих кортиков. 

кортик английский морской мичманский обр. 1901 г. (слева); 
кортик китайский морской офицерский обр. 1913 г. (в центре); 
кортик аргентинский морской офицерский первой половины XX в. (справа)

В Германии, за время существования Третьего рейха (1933-1945 гг.), был создан мощный военно-промышленный комплекс, состоящий из пропагандистской машины национал-социалистской рабочей партии Германии (НСДАП), совершенных и современных вооруженных сил и эффективной экономики. Подразделения всех существенных ведомств и организаций Третьего рейха имели строжайшую иерархию, которая проявляла себя прежде всего в наличии хорошо продуманной униформы и знаков различия на ней. В Германии того времени порядка 100 организаций имели униформу, ношение которой было обязательно. Кортик был важнейшей составной частью военной формы, признаком привилегированного положения его владельца в иерархии родов войск и военизированных организаций. Практически все кортики и кинжалы имели степени — для низших и высших чинов.

Высшее немецкое руководство понимало всю значимость холодного оружия (в том числе кортиков и кинжалов) для формирования плакатного пропагандистского образа настоящего арийца. Это должен был быть целеустремленный, подтянутый, бесстрашный, безоговорочно преданный своей нации офицер или государственный чиновник, не забывающий о своей карьере. Таким образом, в сознании каждого немца создавался идеальный образец для подражания. Для каждого рода войск, некоторых элитных армейских подразделений, НСДАП и ее военизированных организаций разрабатывался свой, совершенно особенный стиль кортика, кинжала, тесака или эрзац-штыка. Интересно отметить, что дизайн и технологию изготовления этих видов оружия разрабатывали не в самих военных или политических военизированных организациях непосредственно, а занимались этим конструкторы и художники оружейных фирм, находившихся в основном в городе оружейников Золингене. Этот город уже в средние века снискал себе славу одного из крупнейших европейских центров производства холодного оружия. Клинки с клеймом бегущего волка были знамениты во всем мире и многократно подделывались мастерами разных стран.

В середине XIX в. Золинген приобретает большую известность как центр изготовления уставного оружия по установленным размерам и спецификациям. Золингенские оружейники начинают сами разрабатывать образцы оружия по заказу правительств других стран. Постоянно растет экспортный оборот. Первая мировая война практически озолотила Золинген и вывела его в безусловные лидеры производителей холодного оружия. Технологичность производства постоянно росла, и низкие цены были вне конкуренции.

Поэтому, когда встал вопрос о разработке и производстве огромного количества холодного оружия для удовлетворения растущих военных устремлений Третьего рейха, семена упали на благодатную и подготовленную почву. Безусловно, при изготовлении новых образцов кортиков и кинжалов мастера золингенских фирм использовали и свои старые разработки, и старую оснастку (весьма дорогую). Это наглядно можно продемонстрировать на примере морского офицерского кортика обр. 1938 г., отличавшегося от кортика обр. 1921 г. только новой головкой с нацистской символикой. А вот для создания знаменитого кинжала основной движущей силы НДСАП — частей СА и СС — авторы совершили глубокий экскурс в историю. Прообразом для своего знаменитого детища они взяли великолепный швейцарский кинжал, популярный также у ландскнехтов Южной Германии XVI в., эскизы к оформлению которого рисовали знаменитые художники того времени — Ганс Гольбейн-младший, Лукас ван Лейден, Генрих Альдегревер. Известно, что швейцарские наемники в средние века зарекомендовали себя самыми надежными воинами. Швейцарская гвардия и сегодня охраняет резиденцию Папы Римского. Становится понятно, какие исторические ассоциации питали идеологию оружейников Третьего рейха.

За время существования и эволюционирования различных организаций Третьего рейха немецкие оружейники создали несметное количество образцов короткого клинкового оружия. Каждая уважающая себя немецкая оружейная фирма — «Карл Айкхорн», «Вейерсберг и Киршбаум», «Алкосо» и т. д. — считала своим долгом разработать значительное количество вариантов кортиков и кинжалов для многочисленных военных заказчиков. Многие эти разработки остались лишь на бумаге в виде прекрасно исполненных рисунков, репродукции которых так любит приводить в своем многотомном исследовании холодного оружия Третьего рейха Томас М. Джонсон. Значительное количество созданных образцов было принято на вооружение, остальные же были изготовлены малыми установочными (или пробными) партиями и в войска и военизированные организации не поступили (не были приняты на вооружение). Периодически всплывающие на аукционах предметы из этих малых партий поначалу сильно будоражили умы коллекционеров. Запредельная цена этих предметов заставляла коллекционеров думать об их уникальности. Но из года в год эти «уникальные вещи» появляются на аукционах с завидным постоянством, что наводит на определенные размышления. После оккупации Германии, из Золингена, попавшего в американскую зону оккупации, американцы вывезли всю изготовленную, но еще не реализованную продукцию, заготовки, полуфабрикаты, оснастку, штампы и инструмент. После того как тема коллекционирования холодного оружия Третьего рейха приобрела огромную популярность, сначала были распроданы старые запасы готовой продукции, затем в 1960-1970-х гг. из подлинных заготовок и частей стали собираться новые предметы, ну а потом, поскольку спрос превышал предложение, на подлинной оснастке стали изготавливаться совершенно новые вещи. Вопрос определения подлинности предмета стоит в данном случае особенно остро, так как настоящую вещь времен нацистской Германии практически невозможно отличить от предмета, собранного гораздо позднее из подлинных деталей или изготовленного на подлинном оборудовании и проштампованного подлинными клеймами. В первую очередь это касается групп редких и малочисленных кортиков и кинжалов, на которые держатся высокие цены. Для поддержания высокого спроса и повышенного интереса к теме холодного оружия Третьего рейха на рынок периодически выбрасываются «уникальные кортики» самых немыслимых форм, сопровождающиеся легендами: опытные образцы, не пошедшие в серию; редкие не идентифицированные образцы, принадлежащие высокопоставленным нацистским чинам; хорошо украшенные, ручной работы подарки (например, от Геринга) кому-либо. Однако практически все эти вещи изготовлены в настоящее время, нередко с использованием подлинных деталей, например клинков или ножен. К подобным вещам необходимо относиться крайне осторожно, так как документы, подтверждающие их разработку или заказ, как правило, почему-то отсутствуют, зато имеются подлинные бумажные чехлы, коробочки, сургучные печати, да и сами предметы находятся в изумительном (а как же иначе!?) состоянии. 

Как уже говорилось, немецкие конструкторы и дизайнеры проявили чудеса фантазии и изобретательности, создавая многочисленные варианты короткого клинкового оружия. Иногда они шли по пути простой модернизации и небольших изменений давно существующих вещей. В первую очередь это касается кортиков пожарных, штыков полицейских и кинжалов егерей, чинов имперской лесной службы и членов стрелкового союза. Все эти варианты холодного оружия в их поразительном многообразии существовали в Германии уже несколько десятков лет, и оружейникам Третьего рейха оставалось только нанести на них современную символику.

При изготовлении кортиков для таких организаций, как имперский союз противовоздушной обороны, специальный технический корпус, железнодорожная полиция, германский Красный Крест и Трудовой фронт, фантазия немецких оружейников создала поистине уникальные образцы, в которых отразился боевой тевтонский дух нации, ее устремленность к завоеваниям и воля к победе. Но иногда фантазия авторов подводила. Так, при создании кортика для лидеров одной из важнейших фашистских организаций «Гитлерюгенд» был полностью скопирован образец шведского офицерского кортика военно-воздушных сил обр. 1930 г. После замены символики на головке рукояти и ножнах получился кортик командного состава национал-социалистической молодежной организации «Гитлерюгенд» обр. 1937 г. 

Известен плагиат немецких оружейников и более раннего времени. После поражения Германии в Первой мировой войне немецкому государству было запрещено иметь значимый военный флот и армию. Весь имевшийся флот был интернирован в английской военно-морской базе Скапа-Флоу, где и был затоплен немецкими моряками в 1919 г. Такой позор и унижение не так давно объединенная Германия переживала очень болезненно. Тысячи морских офицеров оказались не у дел. Но для оставшихся на службе унтер-офицеров и офицеров «временного» флота требовался новый кортик без имперской символики. Экономика лежала в руинах, страна переживала бешеную инфляцию, и денег для создания нового образца, скорее всего, просто не было. Некоторое время продолжали носить старый кортик, а затем был найден простой выход. Взяли бразильский морской кортик времен правления императора Педру II (1831-1889 гг.). Головку рукояти от первого морского немецкого кортика обр. 1848 г. навинтили на бразильский образец. Получился стильный и элегантный «новый» кортик обр. 1919 г., сохранивший и «преемственность», и память о великом затоплении флота — траурный черный цвет рукояти. В 1921 г. этому кортику вернули ножны от морского офицерского кортика 1901 г. А в 1929 г. цвет рукояти был изменен на белый — в знак надежды на создание нового военно-морского флота и возрождение былой морской мощи Германии.

Впрочем, бразильские оружейники, создавая морской кортик для императора Педру II, практически полностью скопировали его с голландского образца, очень популярного в 1820-х гг. Потом в Голландии, да и в других европейских флотах мода поменялась, и этот образец остался в XIX в. только в Бразилии. 

С окончанием Второй мировой войны в побежденных государствах постарались уничтожить все проявления и признаки фашизма. В первую очередь это касалось нацистской символики, в том числе и кортика, как олицетворения воинственности и престижности милитаристических устремлений нации. Япония и Германия полностью отказались от использования кортика в своих вооруженных силах и военно-морском флоте. Италия оставила кортик только для кадетов своих многочисленных военных учебных заведений. Болгария, Румыния, Венгрия, Польша и Чехословакия, попав в зону социалистического давления, приняли кортики, созданные под сильным влиянием советского морского офицерского кортика обр. 1945 г. Только Восточная Германия, также вошедшая в социалистический блок Варшавского Договора, создала для своих вооруженных сил кортик совершенно необычного современного дизайна, но в немецких оружейных традициях.

С окончанием Второй мировой войны завершилась «золотая эра» для оружейников Золингена. Германия была демилитаризована, и оружейные фабрики лишились основного государственного заказа от военных и военизированных организаций. Многие производства разорились, но крупные фирмы нашли выход, сориентировавшись на внешний рынок. В латиноамериканских странах происходили бурные переустройства государственности. Регулярно приходящие к власти честолюбивые хунты заказывали для реформируемых вооруженных сил новые униформы как непременный признак новой власти и атрибут своего престижа. Наличие очень дорогой оснастки, штампов и литьевых форм, используемых при производстве холодного оружия, было учтено при разработке экспериментальных латиноамериканских образцов. Таким образом появился морской кадетский кортик Венесуэлы, очень похожий на немецкий морской образец 1921 г., кортики слушателей военных и полицейских академий Венесуэлы и Колумбии, практически неотличимые от немецкого морского обр. 1929 г. А на базе немецкого кортика военно-воздушных сил обр. 1937 г. было создано целое семейство практически идентичных кортиков для офицеров военно-воздушных сил Боливии, Колумбии, Парагвая и Уругвая.  Естественно, что с них исчезли нацистские знаки и появилась символика этих государств.

Большую помощь в поддержании на плаву оружейных фирм Золингена оказали заказы стран Африки, Азии и Ближнего Востока, активно освобождавшихся в 1950-1960-х гг. от колониальной зависимости. Для вновь создаваемых вооруженных сил этих стран вводилась новая униформа. А вместе с ней как неотъемлемый символ независимости часто разрабатывался образец кортика. Вездесущие немецкие оружейники и здесь использовали либо готовую оснастку для частей оружия, либо весь дизайн кортика разрабатывался в узнаваемых очертаниях.

Таким образом, подавляющее большинство кортиков, использовавшихся в странах Азии, Африки, Латинской Америки и Ближнего Востока после Второй мировой войны, было немецкого производства, что, конечно же, оказало очень сильное влияние на стилистику дизайна кортиков этих стран. Только в некоторых странах, таких как Аргентина, Мексика, Китай и Уругвай, на внешний вид морских кортиков повлиял стиль английского морского кадетского кортика обр. 1901 г. 

кортик бразильский морской офицерский второй половины XIX в. (слева); 
кортик немецкий морской офицерский и унтер-офицерский обр. 1921 г. (в центре); 
кортик немецкий морской офицерский и унтер-офицерский обр. 1929 г. (справа)

В целом необходимо отметить, что роль холодного оружия к концу XX в. практически сошла на нет. Сейчас область использования холодного оружия распространяется либо на современные очень практичные «ножи выживания», либо на чисто парадное оружие. Производство клинкового оружия, в том числе украшенного, парадного и наградного, к концу XX в. в силу объективных причин резко сократилось во всех традиционных оружейных центрах. В Золингене в 1997 г. закрылась последняя фирма, производившая холодное оружие, остались только фабрики, изготавливающие столовые приборы, ножницы и т. п. В Толедо оружейники производят в основном охотничьи ножи, сувенирные ножи типа «фэнтэзи» для туристов и т. д.

Тем удивительнее наблюдать всплеск производства высококачественного украшенного подарочного холодного оружи

Написать отзыв

Примечание: HTML разметка не поддерживается! Используйте обычный текст.
    Плохо           Хорошо

Рекомендуемые товары